Владимир Мокрый

В марте прошлого года это интервью простояло на блоге несколько часов. Потом позвонил будущий первый-вице спикер губдумы и попросил его снять. Может тут старые взаимоотношения сказались. Хотя Владимир Мокрый на протяжении почти 15 лет (с конца 1980 по середину нулевых) был одним из самых интересных героев самарской политики.

Пока Мокрый занимал кресло вице-губрнатора — это был застегнутый на все пуговицы госслужащий. Когда он ушел из региональной в федеральную власть Владимир Семенович открылся с неожиданной стороны. Оказлось, что это очень обательный человек с биографией, которая тесно связана с трудовым Куйбышевом — Безымянкой.

ВЛАДИМИР МОКРЫЙ: «отношения между людьми значат больше, чем деньги»!

Вы выросли в Советском районе Куйбышева, какие воспоминания связаны у Вас с ним?

он вырос рядом с эти садиком

— Я родился в Кировском районе, и сначала наша семья жила в двухэтажном доме на перекрестке улицы Победы и пр. Кирова. У нас была коммунальная квартира на трех хозяев. Я прекрасно помню этот маленький дворик, рядом с которым был детский садик. Потом большая часть моей жизни – детские и юношеские годы прошла в Советском районе — там мы жили с 1963 года, учился я в школе № 166 рядом с остановкой трамвая Средне-Садовая. Еще раз в Советский район я вернулся уже после окончания авиационного института и работы в ЦСКБ, когда меня туда пригласили на комсомольскую работу.

В то время, когда я учился в младших классах мы очень часто были в Парке Дружбы, потом когда подросли ходили в парк клуба Победа. Это были места как модно сегодня говорить «тусовок» – там были аттракционы, массовые мероприятия. В то время Парк Дружбы был очень красивым парком. Знал я и «броды» – Кировский рядом с т.н. «крестами», и городской. Чаще был на Безымянке. Хотя, я не «тусовочный» человек.

В то время когда вы росли, «Машстрой» был одним из самых грозных районов города, приходилось вам ли драться в детстве?

— В детстве я был достаточно спокойным ребенком. Но без драк не бывает, драки были, какие мальчишки обходились без них? Стенка на стенку, улица на улицу. Были такие случаи, но что это было в системе – нет. Правда и большие как тогда говорили «пацаны» нас опекали и защищали. А я в детстве очень много играл в шахматы, занимался в детском клубе – там было выпиливание, выжигание. Играл я неплохо и потому было почетно выйти во двор, приходили ребята и говорили – поиграй с кем-нибудь в шахматы. Потом двор стоял за спиной и переживал. Наш мальчишка со двора может обыграть любого! Это было почетно. А еще футбол – поле рядом со своими дворами

И в Кировском дворе, а после коммуналки мы получили однокомнатную квартиру на Севастопольской – пр. Металлургов тоже места были боевые, интересные, наши рабочие городские поселки. Там до сих пор у меня и моих родителей много знакомых. Наше детство в начале 1960-х было намного попроще, но оно было не менее интересно, чем сегодня.

школа Мокрого (с сайта samaraschool166.ru)

— Вы учились в школе 166. Расскажите о самых ярких школьных воспоминаниях?

Хорошо помню нашу атмосферу, у нас был дружный класс. Помню как везде, и во всем участвовал – пионерах, комсомоле. Когда-то был избран лучшим знаменосцем Советского района Куйбышева, и нас, пионеров премировали приветствовать комсомольский слет. Помню хорошо своих педагогов Нина Мартиновна Кордонская – нашу классную руководительницу и преподавателя литературы, с теплом вспоминаю Сергея Владимировича Избалыкова, завуча, преподавателя математики, ветерана войны. Сергей Владимирович защищал Ленинград и ходил в школу с орденскими планками. Это поколение пришло в образование после войны, и оно было очень активным, в хорошем зрелом возрасте. Сергей Владимирович сделал много хорошего с одной стороны, чтобы мы овладели математикой, любили и знали ее. А с другой стороны он был требовательный, жесткий и всегда завышал планку. Нам с моим товарищем Колей Злобиным (а мы хорошо знали предмет) он давал 10 задачек, а другим 5. И говорил: «плохо работаете, в жизни у вас не будет успеха». Когда я поступил в вуз, пришел в школу. И тут я услышал от Сергея Владимировича высказывание, которое несу всю жизнь: «В моей жизни было много учеников, но не так много которыми я горжусь. Лев Полугаевский у меня учился, а теперь вот и Володя Мокрый». Когда мы вышли из школьного класса, он мне сказал: «В жизни может всякое быть, сохрани одно правило в жизни, не забывай людям делать добро и не жди что оно вернется сегодня и завтра…Но тебе будет легче идти так». У наших педагогов наряду с профессиональными качествами было много человеческих. Все что есть хорошего в моем поколении – это от того поколения, которое много пережило, перетерпело и было очень порядочным и сильным.

Когда работал в областной администрации, я всегда на День знаний заглядывал в свою родную школу….

Владимир Семенович, Ваш отец работал на «ЦСКБ Прогресс». Помните энтузиазм после первых запусков советских ракетоносителей?

Прекрасно помню день, когда полетел Юрий Алексеевич Гагарин, я учился тогда в первом классе и мы с друзьями собирались после школы в клуб «Победа» на фильм «Человек-амфибия». Нас тогда собрали и объявили про полет Гагарина, а я тогда честно и не знал, что отец и наши знакомые имеют к этому отношение. В то время это была закрытая тема, и она не обсуждалась. Родители, что-то по-своему там поговорили, порадовались и все. Так было во время первых полетов. Когда я стал постарше, я уже знал, в какой отрасли отец работает и чем занимается, в какие командировки ездит. У нас всегда говорили «поездка на юг», и «поездка на север». Байконур и Плесецк. И всю жизнь так было – пуски, запуски. Мы, конечно, чуть раньше других знали, что будет запуск, но мне всегда льстило, что мне доверяют государственную тайну, что я знаю раньше других. Внутренне я этим очень гордился. И это подстегивало, что я никогда не пробалтывался в классе. Доверие родителей перекладывалось на меня. А это ответственность.

Уже потом я видел этих людей, космонавтов, конструкторов. К сожалению, это поколение стареет. Но тот дух романтики, творчества я не знаю, как его можно пересказать словами. Мне тот период начала освоения космоса запомнился не просто успехами и государственными наградами отца и его друзей, а состоянием какого-то духа, романтического торжества!

Наши конструктора инженеры, что они могут делать! С восторгом вспоминаю то время как сказку. Отец имел самое прямое отношение к космосу – это повлияло на мой выбор, и выбор брата – оба мы закончили КуАИ и первым местом нашей работы стала заводская проходная, та же где работал отец. «ЦСКБ – Прогресс». Работа отца повлияла на особое внутреннее уважение к людям, работающим в этой отрасли, потому что они умеют делать, люди высокого интеллектуального и инженерного таланта.

Рассказывая как-то об отцовских новогодних подарках, вы обронили фразу, что потом, переодеваясь в Деда Мороза, Вы и сами тоже хотели как можно дольше сохранить новогодние иллюзии у собственного сына. А в Вашем воспитании заложено больше от отца?

Я глубоко убежден, что неважно, какой достаток у родителей, какие у них возможности — ведь мы тоже росли в семье не вот какой богатой, хотя отец на тот период был руководителем. Мы все были одинаково бедны и одинаково богаты. Главное было не в этом, а в желании создать у ребенка праздник. Я считаю, что мы старшие должны как можно дольше яркие чувства детства сохранять в своей семье, в своих понятиях. Это спорно, некоторые скажут – жизнь намного жеще, надо вести себя прагматичнее, дети должны зарабатывать, знать жизнь Но я думаю, что мы иногда прикрываем этим свое нежелание, и неумение общаться со своими детьми, а прикрываем то, что мы выталкиваем их на улицу. И там наших детей научат «настоящей жизни»? Отсюда и все проблемы воспитания в нашем обществе.

Нельзя сказать, что мое воспитание повлиял больше отец. Мама повлияла на меня не меньше чем отец. Мама была с нами почти целый день, а отец на работе, в командировках. Только поздно вечером отец мог придти и было хорошим правилом, что мы дожидались его, ужинали вместе. Тогда это было неким ритуалом в семье.

Отношение к труду, работе чисто мужское, профессиональное отношение – это, конечно, отец. Он был хороший инженер, любил работать и много работал. В быту он мог сам все делать – умел работать рубанком, топором, стамеской, с металлом. И он любил эту физическую работу. Я сейчас иногда сожалею, что отца нет. А у меня нет этих условий, моему сыну не хватает этого живого примера. Отец у нас на даче и дома сам сделал табуретки, деревянный стол…Ему надо было только материала завезти, и он получал он этого удовлетворение сам. Правда, потом он всегда настаивал: ну-ка посидите на этом стуле, посмотрите — он удобный? Уже мать говорила – ну ты, нас замучаешь этой табуреткой, а у него была радость труда Вот он сделал, и ему нравилось, что он сделал. Звал соседа через забор «Владимир Николаевич, заходи, на моих новых табуретках посиди!»

Было бы хорошо, чтобы эту школу почувствовал и мой сын.

А моя мама по-своему всегда опекала наш дом, семейное гнездо. Она следила за тем, чтобы мы были всегда чистенькие, опрятные. Тогда были обязательные школьные униформы и родители нам их в августе покупали. Здесь или в Москве. Мама всегда смотрели чтобы, белые рубашки были у нас наглажены. Она за нами следила. Мама работала посменно в детском саду №135 от завода Металлург. Туда она поступила работать, потому что, когда мы с братом были маленькими, в детские сады не принимали, они были переполнены. А ей сказали вот ты педагог, иди работай, мы твоих детей возьмем. Она устроилась воспитателем, когда мне было четыре года, а брату Саше еще меньше. Так и детсад, и завод «Металлург» стали для нас родными. Мама до сих пор с восторгом вспоминает и завод, и коллектив детского сада. Они до сих пор встречаются воспитатели. Созваниваются наши бабушки и собираются на квартирах. Поддерживают друг друга, с величайшим уважением вспоминают Павла Петровича Мочалова. А, вообще Металлург для нее самое красивое место, она всю жизнь на троллейбусе № 4 ездила туда. От мамы к нам перешло отношение к семье, к дому, детям.

Александр Мокрый

Каждый родитель внес свою лепту в воспитание нас с братом (сегодня Александр Мокрый — руководитель дирекции по Самарской области банка ВТБ). А потом, наверное, есть и что-то генное…Природная преемственность.

Владимир Семенович, как прежде работали с детьми?

В клубе «Победа» нас вчерашних шестилеток после детского сада женсовет завода «Прогресс» отправлял в школу, давал напутствие Хорошая традиция была. Настоящий праздник. Концерт, детский фильм. Нас собирали из разных школ и дарили деревянные пеналы, ручки с перьями, карандаши, «непроливайки». Вот это была общественная инициатива. Потом такое же было в ДК Кирова. Мне до сих пор, кстати, очень нравится этот Дворец, с его витражами и колоннами. Нравится и ДК Металлургов, я там, в детстве очень часто был на праздниках. Это отношение к детям было общественным.

Владимир Мокрый и психолог 22 школы вместе работали в Советском райкоме ВЛКСМ

Владимир Мокрый и психолог 22 школы вместе работали в Советском райкоме ВЛКСМ

Помните, как застраивался Советский район, появление Дома молодежи. Ваши личные воспоминания с ними не связаны?

Я был секретарем райкома комсомола Советского района в 1970-е годы. Одной из ударных комсомольских строек был Дом Молодежи на Аэродромной. Мы там и сами работали, и наш актив ездил. До сих пор считаю, что мы тогда построили великолепный Дом молодежи…

В то время перед нами была задача организовать досуг молодежи. И мы много уделяли времени организации работы с подростками – клубам детского творчества или как тогда их называли «детским комнатам». Была задача создавать молодежные кафе. В районе у нас был такой комплекс «Бирюсинка – Рубин – Комета». Еще мы организовывали различные киновечера, раздавали тематические абоненты в кинотеатрах «Дружба» и «Весна». Встречи с актерами, режиссерами. Дискуссии проводили. Это было мне и самому интересно. Я до сих пор считаю, что у нас должна быть детская клубная политика, должны быть помещения в наших микрорайонах, кварталах где мальчишки и девчонки могут заниматься творчеством, чему-то учиться. В детстве мы сами делали дворовые площадки, поля. Приходила зима, и мы брали в домоуправлении шланг и заливали катки. В райкоме мы занимались изготовлением дворовых «калд». Полагаю, что и сегодня кто-то должен это делать.

Нельзя ждать что кто-то приедет и будет делать за нас, что кто-то организует для наших детей отдых. В свое время наши родители также выходили и делали огромные ледяные горки для нас, ставили елки во дворах, наряжали их лампочками, бумажными игрушками, заливали и раскрашивали ледяные фигуры. Каждый двор хотел чем-то украситься. Эту традицию во дворах надо сохранять даже сегодня, чтобы дух города и дух кварталов сохранялся, как он звучит «Машстрой», «Кресты».

— Среди больших областных чиновников Вы были известны как один самых вежливых людей. Вам никогда это не вредило?

— Я сейчас о себе слышу отзывы через третьи руки, ну уж очень интеллигентный человек… Меня это даже немножко задевает. Я не рафинированный человек, а самый обычный, тем более с закалкой нашей рабочей Безымянки. Знаю жизнь во всех ее тяготах и проявлениях, но в любом случае меня так воспитывали и родители, и педагоги.

Мы должны относиться к человеку с каким-то внутренним уважением. Изначально и как к человеку, и как к личности. Не все могут быть гениями, талантливыми, не все могут красиво говорить, каждый человек по своей природе несет в себе какой-то внутренний мир. Если к этому не относиться небрежно, то от человека можно добиться очень многого. Он может быть тебе союзником и соратником. Если же ты все время пренебрежительно относишься к людям, к своим коллегам, то ты не можешь сформировать свою команду, принципы в команде. Потому что ты пренебрежительно относишься к людям и в то же время хочешь, чтобы команда была рядом с тобой сплоченной и преданной. Этого не бывает.

Я полагаю, что отношения между людьми значат больше, чем деньги! Я надеюсь, что эта ценность со временем станет еще больше значимой. Почему сегодня люди достаточно преуспевшие, достаточно богатые стремятся как-то укрепиться в общественном сознании, что они самые-самые человечные. Потому что, когда приходит достаток тебе хочется, чтобы к тебе люди относились иначе. Теплее, дружелюбнее. Тогда-то и ищется участие в глазах простых граждан. И это неплохо, значит, общественное мнение – много значит.

Как чувствует себя в Москве семья? Где лучше – в Москве или в Самаре?

Конечно, комфортнее в Самаре. Здесь дом. Как можно объяснить состояние, когда ты дома? Дом, есть дом! Здесь мне хорошо и у мамы гостить, и с друзьями хорошо, и Волга, и погода мне приятна.

Реклама

3 responses to “Владимир Мокрый

  1. да, Игорь, Бендусову до Семеныча, который, действительно, человек, как до Луны раком. А ты мне когда-то не верил…

    • не знаю, объективен ты или нет по отношению к Бендусову
      он же не самарский
      и во многом зависел от той информации, которую вкладывали ему в уши
      я думаю, что его зачастую в разных конфликтах просто подставляли — у меня нет к нему антипатии

  2. Что-то Вова путает с Домом Молодежи.Он был открыт,если память не изменяет,в конце 1976г.Там кстати размещалась и зональная комсомольская школа( у меня свидетельство об ее окончании в июне 1977).А Вова пришел в Советский РК ВЛКСМ зав.отделом КО где-то в начале 1978,секретарем стал года через два.Так,что увы,не мог он в 70-х в качестве секретаря РК направлять комсомольцев на эту «удраную стройку».Скорее работал там будучи студентом КуАИ.Но это так для справки,т.к. в конце 70-х в комсомольских кругах города о Вове слышали, но не более того.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s