18 век. Самара во времена, когда на армию сукна не хватало

еще в начале 20 века рассматривали варианты победы Пугачева

Как известно практически любая новая информация рождает противодействие, вот и привязанный к Самаре материал коллектива экономических историков, в котором блог рассказывал, что самым кризисным для населения в 18 веке было время правления Екатерины II вызвал возмущение у части бывших армейских политработников, нашедших свое место в рядах российского чиновничества.

Как же так, задавали вопросы эти люди, ведь при этой императрице в три раза вырос экспорт? Значит страна богатела?

Эта тема заинтересовала меня. Порылся, действительно при бывшей немецкой принцессе роль России в разделении труда в международной экономике возросла — в Англию стало в больших количествах экспортироваться российская парусина, в другие европейские страны увеличился экспорт «старого русского соболя» — демидовского чугуна и железа (потребление чугуна на внутрироссийском рынке также значительно возросло). Но особенно сильно вырос экспорт сырья: леса (в 5 раз), пеньки, щетины и т. д., а также хлеба. Объём экспорта страны увеличился с 13,9 млн р. в 1760 г. до 39,6 млн руб. в 1790 г. Почти в три раза.  

Но Россия гнала на экспорт в основном сырье без добавленной стоимости. В промышленности быстро развивались только две экспортные отрасли — производство чугуна на уральских заводах Демидовых и полотна, но обе — на базе «патриархальных» методов, без использования новых технологий, активно внедрявшихся в то время на Западе — что предопределило тяжёлый кризис в обеих отраслях, начавшийся вскоре после смерти Екатерины II.

Ученые установили, что объём отечественного мануфактурного производства в 1773 г. составлял 2,9 млн руб., столько же сколько и в 1765 г., а объём импорта в эти годы составлял около 10 млн руб. Промышленность империи развивалась слабо, в ней господствовал рабский труд крепостных. Дело доходило до того, что суконные мануфактуры не могли удовлетворить даже потребности российской армии, несмотря на запрет отпускать сукно «на сторону», а еще отечественное сукно было настолько низкого качества, что его приходилось закупать за границей.

Кроме того, Екатерина, неплохо разбиравшаяся в мужчинах, не понимала значение происходившей в то время на Западе Промышленной революции и утверждала, что машины (или, как она их называла, «махины») наносят вред государству….

Сельское хозяйство при Екатерине, как и промышленность, развивалось в основном за счёт увеличения количества пахотных земель. С первых лет царствования Екатерины периодически стал возникать голод в деревне, что некоторые современники объясняли хроническими неурожаями, но историк  М. Н. Покровский связывал с началом массового экспорта зерна, который ранее, при Елизавете Петровне, был запрещён, а к концу царствования Екатерины составлял 1,3 млн руб. в год. Участились случаи массового разорения крестьян. Особенный размах голодоморы приобрели в 1780-е гг., когда ими были охвачены старые регионы империи. Сильно выросли цены на хлеб: так, в центре России (Москва, Смоленск, Калуга) они увеличились с 86 коп. в 1760 г. до 2,19 руб. в 1773 г. и до 7 руб. в 1788 г., то есть более чем в 8 раз.

Стоимость внедрённых в оборот в 1769 г. бумажных денег, объём которых к 1796 г. достиг 156 млн руб., обесценилась в 1,5 раза. Ну, а поскольку государство еще заняло за рубежом денег на сумму 33 млн руб. и имело различных невыплаченных внутренних обязательств (счета, жалование и т. д.) на сумму 15,5 млн руб. общая сумма долгов правительства составила 205 млн руб., казна была пустой, а расходы бюджета значительно превышали доходы, что и констатировал Павел I по восшествии на трон. Всё это дало основание историку Н. Д. Чечулину в своём экономическом исследовании сделать вывод о «тяжёлом экономическом кризисе» в стране и о «полном крушении финансовой системы екатерининского царствования».

Короче Емельян Пугачев рано выступил – если бы он поднял бунт лет через 10-12 не исключено, что немку – императрицу со всеми ее имперскими приращениями снесло бы народным возмущением. Не случайно Павел уже вскоре после коронации вступил в союз с Францией Наполеона – это было выгодно для нарождающегося класса российских предпринимателей, не желавших жить по модели сырьевого экспорта.

Надо будет подробно посмотреть, что было с экономикой Среднего Поволжья при Екатерине, но в то время регион еще не стал аграрной житницей, рыбный  промысел забрали екатерининские олигархи Орловы, переселенные же на Волгу немцы и староверы еще не начали производить продукцию в промышленных масштабах.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s