Юрий Домбровский на будущих дачах НКВД Самары. 1923 год

Вершина творчества всемирно известного писателя Юрия Домбровского – роман «Факультет ненужных вещей», начатый им в 1964 году и законченный в 1975 году. Главные антигерои в романе — работники «органов», опричники — нержавеющие шестерёнки бесчеловечного режима. Там даже фамилии его палачей реальные, а не придуманные. В СССР подобный роман напечатан быть не мог, но в 1978 году он был опубликован на русском языке во Франции, а вскоре после этого Домбровского избили на улице и он скончался.

Юрий Домбровский – многолетний узник ГУЛАГа, а еще как выяснил самарский литературовед и поэт Георгий Квантришвили, мама писателя из Черноречья (там даже дом ее семьи еще цел), а сам он на лето приезжал в Самару и именно здесь на еврейском кладбище в 1923 году был похоронен его отец. До революции присяжный поверенный.

В истории Самары вклад писателя тем более ценен, что Квантришвили обнаружил, что один из его рассказов содержит подробное описание дачного поселка в районе, который сейчас занимает парк Гагарина.

все водоемы в округе

В 1930 годах эти дачи отошли офицерским кадрам НКВД и потом пошли разговоры, что там людей расстреливали, но Домбровский там гостил в 14 лет – это время НЭПа 1923 год (хотя сам писатель пишет про 1925 год).

Интересно описание дач и их история в версии писателя:

с родителями 4 года

— Случилось это в 1925 году в большом яблоневом саду, километров за десять от города, возле дряхлой купальни, сбитой неизвестно кем и когда из серебристо-серых еловых досок. Вообще все в этом яблоневом саду возникало за зиму как бы само и неизвестно откуда. Даже происхождение сада и то терялось где-то в незапамятной давности, просто не то лет пятьдесят, не то лет семьдесят назад приехали сюда откуда-то люди, вскопали, очевидно, вручную, лопатами желтоватую суглинистую землю, изрезали степь участочками точно, ровно, по веревочке, настроили лубяные домики с узорчатыми водостоками из листового железа и смешными петушками-финтифлюшками, а когда все это сделали, то насадили этот чудесный яблоневый сад. Так он и возникал среди колючей степи как неожиданная прихоть природы — маленькое и прекрасное чудо ее. Идешь по степи — все пыль да пыль, да гудящие телеграфные столбы, черные птицы с полуоткрытыми клювами на проводах, и вдруг ты поднялся на холм — и сразу же перед тобой — старинные мощные дубы, похожие на задумавшихся библейских старцев, трепещущие, быстро живущие ивы, и каждый листик переливается то серебром, то чернью и, наконец, розовое облако — яблони, вишни, груши и еще какие-то деревья и кусты со сладким ванильным запахом. Над этим местом всегда кричали птицы и носились большие черно-синие стрекозы с мутно-зелеными шарами глаз и клеенчатыми, в мелкую сеточку желтыми и дымчатыми крыльями. А какие чудесные лягушки с пикейными брюшками, только что сделанные из лучшего зеленого целлулоида водились в этих прудах! Каких ящериц мы тут ловили! Мы — это двое парней и двое девчонок! (Они были двоюродными сестрами и учились на класс выше.) Мы любили это место, которое называлось по-разному — Дубки, Головановские сады, Нагилевский лес, Дача 12-го года (в память победы над Наполеоном) — смотря по тому, о каком уголке этого малого и милого края шла речь. Взрослые, например, ходили танцевать на Дачу 12-го года, а мы купались здесь в озере Головановского сада. И хотя в саду этом было тенисто, а в густом вишеннике порой даже сыровато (его почему-то никто не прорубал, и, разрастаясь, он дичал и хорошел все более), жара здесь все-таки стояла степная, сухая, изматывающая. Поэтому мы почти весь день, от зари до зари, проводили у пруда. Не в купальне, нет! Она всецело принадлежала взрослым, они выстроили ее для своих, не особенно понятных нам надобностей — а прямо под ветлами, на гребне обрыва или в большой глинистой пещере, в крайнем случае на мостках. Мостки эти стояли на хорошем ровном месте, с них отлично было нырять и показывать, где тебе с головой, а где с ручками. А затем мы были еще и учеными людьми и собирали коллекции ловили бабочек, стрекоз и огромных жуков-водолюбов…..

Прочитать весь рассказ можно здесь, впервые он увидел свет в журнале Сельская молодежь, в 1973 году

Думаю, что купальни о которых идет речь – это сегодняшние озера в парке…

8 responses to “Юрий Домбровский на будущих дачах НКВД Самары. 1923 год

  1. Сочно описано…
    Ву бы ещё по возможности написали, что никаких расстрелов не было и все эти домыслы на основе безумия «святых 90х», основанный обществом «Мемориал» и женой Солженицына (у которого 100 миллионов сидело, ага), а то ведь до сих пор этот бред то там, то здесь выплывает.
    А про озёра в парке — разве они не искусственные? Как же их на зиму сливают и чем родники перекрывают?

    • Кстати парк Гагарина «назначили» местом расстрелов не случайно. Парк это какой? Детский. Один из инициаторов установки памятника жертвам репрессий так и писал, дескать: «чтобы наши дети помнили о страшных страницах истории страны».

  2. Дача 1812 года, она же дача Среднева, находилась в районе пересечения Московского шоссе и Ново-Вокзальной. Озер в той локации было достаточно много.

    А пруд в парке Гагарина, насколько я знаю, искусственный, сооруженный к открытию парка. Во всяком случае на дореволюционных картах его нет.

    • отличное уточнение, что касается водоемов — специально взял взял кусок карты потерянных водоемов самары — есть у меня на блоге такая

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s