Куйбышев 1950-1970 гг. хоккей

Всесоюзный сбор судей. 5 – 12 октября 1969 г. Куйбышев. Дворец спорта. Калиненков сидит 4-й слева.

Евгений Калиненков. Хоккеист, судья, железнодорожник

 

На коньки он встал в восьмилетнем возрасте, но тогда мальчишка даже не мог себе представить, что через несколько десятилетий побывает на главных ледовых аренах страны, участвуя в ответственных матчах при переполненных трибунах дворцов спорта.

В послужном списке нашего героя почти два десятка союзных и российских первенств, а это сотни официальных матчей первой и второй лиг, баталии на городском и областном уровнях, соревнования молодёжных и юношеских команд. Он заслужил признание публики и хоккейных экспертов.

В декабре 2003 года в 62-летнем возрасте этот умудрённый опытом человек провёл товарищеский поединок между ветеранами хоккея Самары и легендами хоккея России. После этого матча он повесил коньки на гвоздь.

Они не часть команды, Но всё-таки на льду.
И забивать им шайбы Поверьте, не к чему.

Следят за ходом встречи, Фиксируют голы.

От них всегда зависит, Каков итог игры.

Они на поле битвы, Присуща им отвага.

А кто они такие? (Судейская бригада)

Часто, находясь на хоккейном матче, слушая спортивного комментатора по телевизору или читая о хоккее в газете, мы замечаем многие категоричные, эмоциональные оценки того, что происходил на ледовом поле. Больше всего они касаются спорных ситуаций и реакции на них со стороны хоккеистов, тренеров, болельщиков. Позиция хоккейного арбитра в таких мгновенно меняющихся ситуациях всегда на самом острие, на стыке всех этих категорий противоборствующих сторон.

Арбитр должен по возможности быть рядом, грамотно и оперативно разбираться в эпизоде, принять правильное решение, кратко объяснить игрокам суть спорного момента прямо на площадке. Это может быть понятно специалистам хоккея, игрокам тренерам, людям когда-то игравшим на льду, многим другим, тонко читающим игру.

С трибун несётся со всех сторон: «Судья, открой глаза. Свисток что ли в раздевалке забыл. Сколько тебе заплатили? Судью на мыло!» Комментатор может сказать: «Судейский свисток почему-то молчит. Никому непонятное решение судьи. Зачем здесь надо было удалять игрока?». А в газете иногда читаем: «Судья матча не разобрался в ситуации. По каким-таким правилам не засчитали гол?».
Во всём этом, может быть, есть субъективная логика. У каждого знатока хоккея свой взгляд на игру. Бывает, ошибаются и судьи, чего там. Однако спустя время самые азартные и шумные болельщики, игроки, тренеры, поостыв и услышав другие мнения, в разговоре замечают, что в общем арбитр судил правильно. Случается такая переоценка довольно часто. Неудивительно, что для судьи каждый выход на хоккейное поле – серьёзный и ответственный экзамен.

Всесоюзный сбор судей. Сентябрь 1973 г. Кирово-Чепецк. Калиненков во 2-м ряду стоит 9-й слева.

Наш сегодняшний рассказ о судье республиканской категории по хоккею Евгении Яковлевиче Калиненкове, скромном труженике самарского/куйбышевского хоккея. 30 марта 2020 года ему исполнилось 79 лет.

* * * * *
Евгений Калиненков. Хоккеист

– Евгений Яковлевич, кем вы мечтали быть в детстве?

– Я рос в послевоенные годы, время было очень трудное, и мы были рады куску хлеба. Каких-то заоблачных мечтаний у многих моих сверстников не было. Учился до 5-го класса в 19-й школе, что была на стадионе «Динамо», затем до 8-го класса в мужской школе № 36, которая располагалась в парке Щорса. Потом нас перевели в школу № 42 – ныне она напротив ЦУМ «Самара» и мы стали учиться с девочками.

– Был проказником?

– Нет, был относительно «правильным» парнем. Предметы мне давались хорошо, учился без троек. Закончил 10 классов. Насколько было хорошим советское образование. В школе у нас были такие важные в те годы предметы как труд, автодело. Школа многое дала и многому нас научила. Права на вождение автомобиля у меня с 17 лет. Водил «полуторку» ЗИС-5, тяжелый мотоцикл М-72 с коляской, позднее «Москвич»-401-й.

— Где вы жили с семьёй?

— Жили мы – мои родители, мой старший брат и я — на улице Красноармейской в пяти минутах ходьбы от стадиона «Локомотив». Дом начальников железной дороги. Соседом, кстати, в военные годы был такой известный руководитель Борис Павлович Бещев, который возглавлял Куйбышевскую железную дорогу.

— Бещев впоследствии был рекордсменом среди советских министров: он почти 29 лет возглавлял союзное железнодорожное ведомство.

— Всё верно! Как говорится, мир тесен. Мы жили со знаменитой семьёй Бещевых не просто в одном пятиэтажном доме, не просто в одном подъезде, а на одной лестничной площадке. Во как! Они в 18-й квартире, а мы в 19-й. Воспоминания о них очень скупые, со слов родителей, так как я в то время под стол пешком ходил. Люди они были очень доброжелательными. В 44-м, когда уезжали в Москву (на повышение – заместителем наркома), мне трехлетнему пацану Борис Павлович и Нина Петровна подарили плюшевого мишку. Вот радости-то было!

Всесоюзный сбор судей. Сентябрь 1973 г. Кирово-Чепецк. Калиненков во 2-м ряду 7-й слева, Асеев – 9-й слева.

— Вернёмся к любительскому спорту. Вас, видимо, к нему приобщила улица?

— Я типичный представитель поколения мальчишек послевоенных лет. Тогда ребятня гоняла мячик на любом едва приспособленном клочке земли рядом с домом и дворовыми постройками. С детства любил играть в
футбол. Вернешься со школьных уроков, быстро поешь и на улицу, мяч гонять. Меня, как и других в то время, дворовый или уличный, как хотите, футбол воспитал. Наш дом по Красноармейской, 119 имел три возрастные команды по футболу. В это трудно сейчас поверить, но это было так. Мы даже устраивали уличное первенство. Сильные команды были на Красноармейской, Вокзальной, Урицкого и в Запанском посёлке.

И хотя во дворе мальчишки гоняли мяч кучей, но и там становится понятно: кто носится голы забивать, а кто лучше обороняется. Сначала себя попробовал вратарём, а затем защитником и полузащитником. Будучи школьником я попал в детскую футбольную команду «Локомотив», которую тренировал Александр Евдокимович Чистов. Мы не только тренировались, проводили матчи с другими командами на первенство города, но и «светились» на футбольных матчах «Крыльев Советов», которая при полных трибунах играла сначала на «Локомотиве», затем на «Динамо». Нас, самых ответственных, тренер располагал у кромки футбольного поля и у нас было занятие подбирать вылетавшие мячи и быстро передавать их футболистам. Подавали мячи таким известным мастерам кожаного мяча как Лев Яшин, Всеволод Бобров, Никита Симонян…

— Евгений Яковлевич, а кто у вас был первым наставником на льду.

— В детстве я занимался не только футболом. Был у меня интерес к баскетболу, играл даже за юношескую команду политехнического института. Кажется, в 5-м классе попробовал постигать азы спортивной гимнастики. Но больше всего меня привлёк такой азартный вид спорта как хоккей с шайбой. На коньки я встал лет в восемь. В начале 40-х хоккей с шайбой стал культивироваться в нашем городе и в нашем клубе «Локомотив». Моё увлечение этим зимним видом спорта началась с 12 лет.

Моим первым наставником на льду был Вениамин Васильевич Ананьев, человек исключительной порядочности. И ещё уже в поздние годы запомнился как педантичный организатор хоккейных и футбольных соревнований.
Зима в те 50-е годы, да и в 60-е была длинной. С ноября и до апреля гоняли шайбу на калдах города, оттачивали мастерство в регулярных тренировках, соревновались со сверстниками на первенство города. Такая нескучная спортивная жизнь!

— Были успехи на хоккейных полях в юношеском возрасте?

— Заканчивал 10-й класс. Зима 1958-го года. В 16 лет меня включили в состав юношеской сборной города Куйбышева. Удачно провели предварительные матчи: обыграли в Тамбове местную команду, а затем на открытой площадке при стадионе «Маяк» взяли верх над сильной командой Челябинска. Так получили путёвку на финал юношеского первенства СССР. Готовил нас к соревнованиям Василий Васильевич Крылов, тренер «Маяка». Финал проходил в Москве в марте, в дни школьных каникул. Жили мы в гостинице ВДНХ, а играли в «Сокольниках» на катке с искусственным льдом.

— Согласно историческим сведениям этот каток первый в СССР с искусственным льдом и построили его в марте 1956 году на территории одноимённого парка культуры и отдыха.

— Изначально в парке «Сокольники» была хоккейная коробка, окружённая трибунами, под которыми находились помещения для спортсменов. Это было что-то необыкновенное играть на искусственном льду.
Помнится среди наших соперников были москвичи, свердловчане, воскресенский «Химик», за которую играли братья-близнецы Рагулины Александр и Михаил. Александр впоследствии стал заслуженным мастером спорта, многократным чемпионом мира и олимпийских игр.
У нашей команды в итоге был скромный результат, заняли мы седьмое место из восьми. В составе нашей команды играли также вратарь Владимир Макитрин, защитник Юрий Наливаев, нападающие Владимир Верёвкин, Юрий Семёнов. Всех пофамильно вспомнить сейчас сложно.

— Выступая за первую взрослую команду «Локомотива» у вас тоже были определённые достижения?

— В сезоне-1959/60 наша мужская команда железнодорожников неожиданно для многих стала чемпионом Куйбышева. Её включили в число участников первенства РСФСР или класса «Б». В нашей зоне было 8 команд, играли с разъездами. За первое место в группе шёл спор между двумя командой из Оренбурга и «Маяком» (тогда она называлась «Труд», — прим. Е.М.), который возглавлял Василий Крылов. «Маяк» занял второе место. Похуже играла команда Завода имени Масленникова. Наша команда в итоге заняла 6-е место. Этот опыт выступлений на республиканской арене сочли не очень удачным. «Маяк» и «Волга» (ЗИМ) продолжали играть в классе «Б», а мы нет.
В том сезоне-1960/61 ведущими игроками у нас являлись Юрий Наливаев, Валентин Девяткин, Олег Кривопалов (капитан), Богатов, Чернов. Тренером был Александр Чистов.

… Судья.

1969-й год. В Куйбышеве появилась газета «Волжская заря». В диковинку для горожан была эта вечерняя газета, которая выпускалась большим тиражом, продавалась в киосках с 14:00 и стоила всего-ничего 2 копейки, ровно столько, сколько телефонный разговор с уличного аппарата. Увидеть своё имя или фото в таком печатном издании для многих являлось пусть небольшим, но радостным событием. Минута славы!!

Судьи на финале «Золотая шайба». Март 1976 г. Тольятти. Дворец спорта. Калиненков во 2-м ряду 4-й слева, Асеев – 3-й слева.

— Евгений Яковлевич, про вас в 69-м написала «Волжская заря», гоголем ходили

— Я бы так сказал, настали для меня минуты будничного «счастья». Почитайте небольшую заметку Леши Агеева, спортивного корреспондента и фотографа, который редко пропускал хоккейные соревнования в то время. Заметка в газете – простая констатация фактов о 28-летнем электромеханике и никаких дифирамбов.

Еще один судья

«К немногочисленному отряду арбитров республиканской категории в нашем городе недавно присоединился 28-летний электромеханик с Куйбышевской железной дороги Евгений Калиненков.

В 12 лет он пришёл на стадион «Локомотив» и прочно связал свою жизнь со спортом. Играл в футбол и в хоккей, а в 1961 году ему было присвоено звание судьи первой категории и он стал арбитром хоккейных матчей не только первенства города, области, но и финальных соревнований турнира «Золотая шайба», официальных игр чемпионата СССР по второй и первой лигам. Сейчас Евгений Калиненков учится на 4-м курсе Московского заочного института железно-дорожного транспорта. Болельщики нашего города поздравляют Калиненкова с присвоением высокого спортивного звания и желают ему успехов на судейском поприще»

Алексей Агеев, «Волжская заря», 15 октября 1969 г.

— Вы стали хоккейным арбитром, а это предполагало огромные физические нагрузки, нервное напряжение и огромную ответственность за каждый жест на льду… А как дело дошло до судейского свистка?

— Обычная в общем, история. Начиная с детских команд тренеры давали хоккеистам время, чтобы посудили сверстников. Это давало и понимание игры, это был и разбор спорных эпизодов, расширяло наш кругозор, дисциплинировало, наконец, самих игроков. Если получалось, то с возрастом наступало время выбора. Как правило, известные и авторитетные судьи – это бывшие хоккеисты, поигравшие много лет не обязательно в большом хоккее, но и в клубных городских соревнованиях. Помогал мне осваиваться в арбитражном деле сосед по дому Валерий Иванов. В футболе немного посудил. Но как-то так получилось, что я охладел к кожаному мячу, а вот в хоккее с судейством «пошло-поехало», наверное, с 1958 года, после поездки в Москву в составе юношеской сборной Куйбышева.

– Когда вы окончательно определились с выбором профессионального пути?
— После окончания школы учился в железнодорожном техникуме. Игра в хоккей за взрослую команду «Локомотива», судейство матчей на местном уровне, соревнования железнодорожников. Работу в техникуме совмещал с работой на производстве. Всё надо было успевать делать. Звание судьи 1-й категории присвоили в 1961-м. С июля 1962 года по ноябрь 1965 года – служба в Советской армии. Отправили меня в Казань, в артполк. В Казани поиграл за хоккейный клуб «Льнокомбината» в первенстве республики. За этот клуб играли казанские ребята Валентин Чумаков, Владимир Яковлев, Евгений Симонов. В спортивной роте, я всё-таки, был недолго. Армейские дела были во главе.

Пришел из армии, окунулся в хоккейную жизнь Куйбышева. Работа вновь на железной дороге, по-прежнему у меня родной хоккейный клуб «Локомотив». На солидный уровень игры и зарабатывать этим на жизнь в команде мастеров – их у нас в городе было две: СКА и «Маяк» — не получалось. Поэтому сфокусировался на образовании, на хоккейном арбитраже. В 1966-м году поступил в московский заочный институт железнодорожного транспорта. То, что работа арбитра интересная и это мое я понял ещё до армии. Но после армии я созрел для ответственных жизненных решений. Таким образом, я остался в игре, но с другой стороны. Не без протекции Льва Жибуртовича и Юрия Бондарева меня стали вносить в списки на проведение хоккейных матчей различного уровня, привлекать на сборы.

— Про сборы несколько подробнее можно.
— В Советском Союзе ежегодно проводились специальные сборы для хоккейных арбитров. Для судей высшей лиге в августе, первой – в сентябре, второй – в сентябре – октябре. Все они обязательно заканчивались участием арбитров в в практическом судействе какого-нибудь турнира. Это была очень удобная форма. Сдавали экзамены и по физической подготовке и по знаниям теоретическим. Кстати, всегда по окончании сбора фотографировались всей судейской «командой».

20 февраля 1979 г. Куйбышев. Дворец спорта. Эпизод игры СКА (Куйбышев) – «Енбек» (Алма-Ата). Судья Калиненков.

– Статистику матчей вели?

– Даже не статистику, а что-то вроде дневника, в котором подмечал интересные, проблемные моменты, вписывал туда тренеров и игроков, с которыми нужно себя вести более внимательно. А потом стал всё больше надеяться на свою память. Со временем понял, на память надеяться не всегда полезно.

— У тренеров задача побеждать в каждом матче. А какая задача у рефери?
— Скажу банальные вещи, которые некоторыми ценителями хоккея не воспринимаются за истину. Опять-таки, идеализирую вид спорта: если рефери будет думать, как бы обеспечить победу той или иной команде, он никогда не сможет судить даже на среднем уровне. Игре надо отдаваться душой и сердцем, а личные симпатии и антипатии полностью отодвинуть до финальной сирены. Увы, у нас в спортивном мире сложилось предвзятое отношение к судьям: к хоккейным, к футбольным. И это при том, что сейчас совершенная техника с видеоповторами должна разрешать моментально спорные эпизоды игры. Об этом можно говорить бесконечно…

— Вернёмся к одной фразе из газетной статьи в «Волжской заре»: «К немногочисленному отряду арбитров республиканской категории в нашем городе…». Кто в этот отряд входил?

— Знаю, в начале 60-х судейский корпус Куйбышева был разделён на две группы. Высшую лигу обслуживали наш известнейший хоккеист и специалист Лев Жибуртович (звание судьи всесоюзной категории с 1963 г.) и Юрий Бондарев (звание судьи всесоюзной категории получил в 1966 г.). Во второй группе были судьи республиканской категории Валерий Иванов, Вениамин Ананьев и мой сверстник Алик Данилов, который звание республиканской категории получил на год раньше, чем я.

— Сегодня хоккейный судья в любой лиге получает приличные деньги. Сколько платили арбитрам в ваше время на уровне чемпионатов СССР?

— В судейской бригаде – за столиком, у бокса, за воротами – платили по 2 рубля за матч. Если судил в поле, то имея 1-ю категорию, получал 5 рублей, республиканскую категорию – 10 рублей, всесоюзную – 18 рублей. Плюс командировочнные 2,60. В российский период стали поднимать, порой, резко

— Евгений Яковлевич, случались ли любопытные или неординарные ситуации во время судейства?

— Отложилась у меня одна игра на все времена, которая состоялась 2 мая 1977 года в Саратове. Четвертьфинальный матч Кубка СССР. В местном дворце спорта встречались «Кристалл» и чемпион предыдущего сезона московский «Спартак». Полная коробочка – 6000 зрителей, яблоку негде упасть на трибунах. Будь дворец спорта в два, даже в три раза вместительнее – аншлаг всё рано бы был. Интерес к матчу необычайный.

На хоккейный поединок главным арбитром был назначен киевлянин Владимир Осипчук. Но он по непонятной причине не прибыл в Саратов. Обслуживать матч пришлось нам — куйбышевским судьям Владимиру Асееву и мне.
Исключительно напряженный матч выдался. Основное время завершилось вничью 4:4. В составе «Спартака» такие известнейшие хоккеисты: Якушев, Ляпкин, Гуреев, Пачкалин, Костылев, Шалимов, Шадрин. Есть кому забивать. И в дополнительные 20 минут чемпион показал кто на поле «хозяин» — 4:1 и общий счёт матча 8:5. Практика показала — когда идет жесткая борьба, часто возникают конфликты, обстановка во время матча нервозная, но нужно следовать правилам. В составе «Кристалла» играл в том матче бывший спартаковец Борзов. В дополнительное время этот хоккеист с характерной фамилией пульнул шайбу в мою сторону. Хорошо, что она прошла рядом с моей головой.

— Борзов в итоге поплатился за свою несдержанность наказанием?

— Это сейчас, когда матчи всех лиг транслируются в режиме прямого эфира за подобную несдержанность хоккеиста согласно дисциплинарного регламента лиги следуют жесткие санкции в виде дисквалификаций на несколько матчей, денежных штрафов. В 70-е годы всё было по-другому. Мы – куйбышевские судьи – проявили снисходительность. Не стали даже в протоколе игры отмечать безобразный проступок Борзова. Видимо, нервозность вокруг матча была настолько велика, что нам явно было не до Борзова.
И ещё могу вспомнить один матч, в котором присутствовал безобразный поступок. Произошло сие действие в Орске, в каком году не скажу. Дворец спорта был на временной реконструкции. Так вот один из болельщиков нашел в каком-то месте кусок кирпича и во время игры бросил его на ледовую площадку. Никто не пострадал, пострадала лишь репутация спортсооружения.
Вот такие неприятные моменты, порой, сопровождали хоккейные поединки.

— А какой самый памятный матч в судейской карьере?

— Сложный вопрос. Если бы вы задали его лет 30 назад, по «горячим следам» сходу назвал бы несколько подобные для меня топ-матчей.
А так… Скорее всего, матчи в Минске в финале молодёжного чемпионата СССР. Команды играли в настоящий, искренний хоккей. Судить такие матчи – одно удовольствие.

Всесоюзный сбор судей. Сентябрь 1980 г. Череповец. Калиненков во 2-м ряду 5-й слева, Асеев – 9-й слева.

— В скольких городах судили хоккейные матчи?

— Гляжу на потолок… Он мне подсказывает — в 50 малых, средних и больших городах судил матчи разных уровней. Естественно – плюс-минус. Побывал в Риге и в Санкт-Петербурге, в Минске и в Днепродзержинске, в Алма-Ате и в Усть-Каменогорске, в Ташкенте. Судейские дела в некоторые города меня направляли по несколько раз В южном Ташкенте, к примеру, был дважды. Много друзей среди коллег судей.

Только официальных матчей за всю свою карьеру провёл более 500 в рамках чемпионатов страны по первой и второй лигам. А если считать игры всех уровней от первенств города по различным возрастам, первенств области, юношеские и молодёжные республиканские соревнования, то их общее количество подойдёт к 1500. Цифра внушительная и не каждый арбитр может похвастаться таким послужным списком.

Спорт — штука не только увлекательная, но и жестокая. А хоккей и его судейство только подтверждают этот тезис. Интеллигентным, мягким людям прижиться к обстановке, где царит жестокая конкуренция и ведётся далеко не всегда праведная борьба, особенно сложно. Видимо, поэтому Евгению Калиненкову не покорились высшие спортивные достижения в судействе. Так и остались две фамилии (Лев Жибуртович и Юрий Бондарев) от города Куйбышева в когорте главных арбитров страны, обслуживавших матчи высшей лиги.

— В 1986 году вам исполнилось 45 лет и ваша судейская карьера сменила направление. Поездки, перелёты в другие города стали уделом более молодых арбитров из нашего города. Чем занимались на хоккее, ведь для вас по-прежнему дворец спорта был родным домом?

— Четверть века работал в судейской бригаде. Судья в бригаде – это рефери, который является частью команды, обслуживающей хоккейный матч. В моё советское время и в российский период такая бригада состояла из двух обязательных арбитров за воротами, зажигавшими красный фонарь в случае взятия ворот, судья-информатор, секретарь игры (он вёл протокол событий в матче), арбитр-хронометрист чистого времени, два рефери на скамейке штрафников. Почти на всех позициях в судейской бригаде побывал, кроме одной, не был судьёй-информатором.

… Железнодорожник

На снимке трое из судейского корпуса: Юрий Сидоров (слева), Сергей Иовлев (в центре) и Евгений Калиненков (справа).

— Железная дорога может стать любовью на всю жизнь. Евгений Яковлевич, у вас есть сомнения по этому поводу?

— С того момента, как я переступил в раннем возрасте порог стадиона «Локомотив», можно считать, что я стал железнодорожником. И судьба меня с железной дорогой как по линии отца, по линии спорта и по линии трудовой деятельности свела, не считая 3,5 лет службы в армии, на долгие 54 года. Выходит, не изменял я по жизни железной дороге.

Закончил техникум и институт по своему ведомству. И работал исключительно в организациях Куйбышевской железной дороги, немного разной направленности. В 1961 году устроился монтажником 2-го разряда в СМП-3, немного поработал до армии в дорожной лаборатории. Пришёл со службы в армии и мне в отделе кадров порекомендовали новую организацию: ШЧ-4 (дистанция сигнализации, централизации и блокировки) Куйбышевского отделения железной дороги и с ней я связал свою судьбу на 30 лет. Работал монтёром, электромехаником, старшим электромехаником, руководителем вагонной лаборатории.

— Вы говорите, о ШЧ-4, а я вспоминаю свою трудовую деятельность. И опять: к тезису о том, что мир настолько тесен, что иной раз он кажется невероятным. Я с 1977 года по 1985 год работал в отделе снабжения и сбыта на небольшом заводе «Красный Октябрь» при Министерстве путей сообщений, головной трест которого был в Москве. Наше предприятие выпускало продукцию, предназначенную для обеспечения безопасности движения поездов.

— Да, помню «Красный Октябрь», расположенный между локомотивным и вагонным депо. Из Запанского когда поднимаешься по мостику, направо ворота и проходная. Нужную продукцию наше ШЧ-4 приобретало напрямик. без перевалки на Главный материальный склад. Эх, как это давно было, мы может и пересекались на заводе.

Май 2012 г. Фотосессия с чемпионом мира по хоккею Семёном Варламовым (он в центре в рубашке с кубком мира). Крайние слева Добрынин и Калиненков.

— Ваше ШЧ-4 располагалось в Запанском, на улице Неверова, в десяти минутах ходьбы от «Красного Октября?

— Именно так. Немного поясню смысл своей прошлой работы. Был начальником над стрелками и светофорами. Малейшая неполадка могла сказаться на безопасности движения поездов, даже привести к аварии. Скажу вам, сложная и ответственная работа. Не каждый мог бы справиться с ней.
За свою работу получил много благодарностей, все они в трудовой книжке. Из важного отмечу: участвовал в регулировке и настройке автоматики на станции Томылово Куйбышевской ж.д. На станции Новокуйбышевск, в связи с аварийной ситуацией два месяца занимались демонтажом и монтажом автоматической техники. Я выбрал непростую профессию железнодорожника и никогда об этом не жалел.

— В 1994-м году вы из ШЧ-4 перешли в другую организацию?

— Да, был такой поворот в моей жизни. Но, опять-таки, это был мой перевод внутри Куйбышевского отделения железной дороги. В СМП-809 проработал 7 лет. Как только исполнилось мне 60 лет, решил уйти на пенсию.

— Евгений Яковлевич, сложный вопрос задам. Судейская карьера – это перелёты, переезды которые требуют времени, три, порой четыре дня. Каким образом вас отпускало руководство в командировку по линии хоккея?

— Вопрос несложный. Каждому железнодорожнику в советской время положен был отпуск в 30 календарных дней. Вот я их и использовал. Выходит, за всю жизнь я так толком отпуск и не использовал. Вся жизнь моя – работа и хоккей, а отдыха у меня практически и не было.

— Будучи на пенсии, вы немного поработали на стадионе «Локомотив».

— Не секрет, главным героем куйбышевского «Локомотива» является Лев Борисович Зайцев. В 1964 году на Олимпиаде в Инсбруке чуть-чуть не дотянул до «бронзы». В нулевых был директором стадиона «Локомотив».
Когда узнал, что я ушёл на пенсию, пригласил меня в свой кабинет, мы с ним поговорили по душам. В конце разговора он мне предложил должность: «работник стадиона», в том числе зимой заливать лед на большой поляне, летом готовить зелёный ухоженный газон для футболистов. Я согласился. Работал до 2006 года.

28 декабря 2003 г. Самара. Дворец спорта. После товарищеского поединка между ветеранами хоккея Самары и легендами хоккея России. Судьи матча Калиненков (слева) и Костюк (справа).

* * * * *

В обычном графике любой недели у Евгения Яковлевича умещались работа на производстве, давняя судейство хоккейных матчей, многочисленные домашние дела, другие обязанности, которых немало. По прошествии многих лет наш герой сам удивляется: как в 24 часа в сутки он всё аккуратно укладывал. Видимо, одному Богу известно.

Евгению Калиненкову – 79 лет. Он хорошо знает, что многолетняя дружба со спортом делает возраст понятием относительным.

Евгений Мозолевский. 30 марта 2020 г.

* * * * *

Мнение о Евгении Калиненкове коллеги по судейскому корпусу Юрия Сидорова:

— Образованный, интеллигентный и дружелюбный человек. Он хорошо знает цену слова «надо». Не задумываясь отзывался на просьбу лететь или ехать на поезде в любую точку страны судить игры. Скромный, порой, даже застенчивый – качества достаточно редкие для хоккейного арбитра.

* * * * *

КАЛИНЕНКОВ Евгений Яковлевич. Пенсионер.
Родился 30 марта 1941 года в Можайске Московской области.
РОДИТЕЛИ: отец Яков Васильевич (1908 г. – 1964 г.) – железнодорожник, мать Софья Ферапонтовна (1912 г. – 1998 г.) – домохозяйка.
БРАТ: Валентин (1936 г. – 2005 г.): окончил школу с серебряной медалью, КуАИ, работал на заводе им. Фрунзе (работа с двигателями)
СЕМЬЯ: жена (с 1967 г.) Галина Фёдоровна (1944 г.р.), пенсионерка; сын Алексей (1972 г.), занимался в детстве стрелковым спортом. Служил в горячей точке страны. Ныне работает в институте культуры.

ОБРАЗОВАНИЕ: в 1961 г. окончил Куйбышевский железнодорожный техникум, в 1971 г. — Московский заочный институт железнодорожного транспорта.
КАРЬЕРА: работа по специальности – 1965 г. – 1994 гг., ШЧ-4, Куйбышевского отделения ж.д., 1994 – 2001 гг., СМП-809, Куйбышевского отделения ж.д., 2001 – 2006 гг., стадион «Локомотив» (Самара).
СЛУЖБА В АРМИИ: 1962 – 1965 гг., артполк в Казани, спортрота.
УВЛЕЧЕНИЯ: Дачные дела. Прогулки по лесу.

 

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s