Пропагандоны Куйбышева 1934 г. о проблемах городских окраин (Толевого)

бараки Толевого в начале 1930 годов

Да, похоже выверты современных пропагандистов Самары — это заболевание, передающееся по наследству. Евгений Альмяшев сбросил ссылку найденную им статью в Волжской Коммуне от 15 декабря 1934 года, прочитал я ее и сначала поразился тем проблемам, которые здесь хорошо описаны. Вроде гласность: тут и полностью неустроенный быт в поселке, выросшем рядом с Толевым заводом и планы города застраивать большую Самару по Самарке в районе Мясокомбината и отсутствие восьмилетней школы в Толевом и те залежи уникальной букинистической литературы, которую свозили на Волгу со всего Союза — вот где был Клондайк для букинистов. И то что Аврору тогда называли горой, а район Толево-рубероидного завода — долиной.

Но потом сообразил — журналисты просто не понимали, что они критикуют. Архитекторы Самары принудили новый завод построить свое 4 этажное общежитие на 40 квартир в 2 км от завода на горе — в районе пересечения  современных улиц Аврора и Партизанская, в то время когда руководство предприятия хотело вести жилую застройку рядом с ним.

Журналисты из партийной официальной Волжской Коммуны недоумевают — почему обшагу отодвинули так далеко от завода? Почему там и фабричный поселок хотят строить. Тем более, потом выяснилось, что в тех местах и воды нет.

Между тем, чтобы получить этот ответ далеко ходить не надо даже сегодня — можно просто постоять рядом с заводом и включить обоняние. Запах там еще тот. И это сегодня, когда объемы производства упали по сравнению с началом 1930 годов, когда это было самое мощное предприятие СССР по мягкой кровле.Выбросы в атмосферу тогда, полагаю, были просто чудовищными.

стоял рядом с заводом

Вот видимо часть управленцев Союза, имея какие-то смутные представления по экологии и пыталось отделить жилую зону от производственной. чтобы сохранить человеческие жизни.

Пропагандисты не понимали этого или делали вид, что не понимают и прессовали архитекторов. Хорошо, что еще во вредительстве их не обвинили…

Дом на горе

Волжская коммуна 1934, 15.12

 Градоначальник города Глупова Бородавкин «дни к ночи все выдумывал, что бы такое выстроить, чтобы оно вдруг, по выстройке грохнулось я наполнило вселенную пылью и мусором».

Администрация толево- рубероидного завода, воздвигая огромный 40-квартирный корпус, руководствовалась более благородной целью — смягчить тягчайший жилищный кризис.

С затаенным трепетом следил Директор Ефимов за ходом строительства и по мере избавления 4-втаж-яого дома от лесов, все свободнее дышала директорская грудь.

Долго выводили на толевом «хитроумное сие здание», но подобно глуповскому градоначальнику «о том, не догадались, что строят на песце».

до 59 школы в поселке была школа пятилетка

Печальная участь постигла первое и пока единственное на заводе стационарное общежитие. «Дом на горе», как называют первенца будущего фабричного поселка рабочие, наполовину пустует. А те, кто имел не осторожность вселиться в этот дом, обивают пороги заводского комитета, требуя, чтобы их перевели, с заоблачных высот на грешную землю, в бараки.

Ударники толевого, любезно водворенные в квартиры нового общежития, могли бы еще временно терпеть неудобства, присущие всякому жилью, которого коснулась длань «Волжпромстроя». Ударники готовы примириться с тем, что верхние этажи, выложенные в полтора кирпича буквально промерзают, что дымят печи и перекошены рамы. Готовы примириться, ибо только что сооруженное здание, к стыду «Волжпромстроя» капитально ремонтируется. Но они никак не желают следовать примеру пошехонцев, которые ходили за 7 верст киселя хлебать, и в самом деле: читатель, представьте себя на месте рабочего толевого завода. Проснувшись поутру, вы смотрите через окно на чернеющие где-то вдалеке у подножья горы заводские трубы. Какой долгий и извилистый путь предстоит вам общежития до завода. Два с лишним километра! Но вы- взрослый человек и храбро вступаете в единоборство с морозом и метелью. А каково вашему восьмилетнему сынишке, ученику школы-пятилетки, тоже находящейся в «долине?»

Заводской комитет получает десятки заявлений, в которых обитатели каменного дома пишут: «Переселите нас в бараки, мы не хотим делать прогулов, не хотим, чтобы наши дети оставались неучами».

Умудренные горьким опытом, руководители завода решили новые жилища строить по соседству с заводской территорией. Но тут вмешалось самарское архитектурно-планировочное управление. Оно. точно щедринский Бородавкин, «поспело как раз кстати, чтобы спасти погибавшую цивилизацию». Управление категорически запретило застраивать территорию, выбранную заводом «по соображениям, диктуемым планировкой «’Большой Самары».

И вот уже три месяца обсуждается; этот вопрос, «но из колеи рассмотрения не выбьется никуда».

Архитектурное управление предлагает развертывать жилищное строительство на знакомой уже нам горе или в районе Мясокомбината — в пяти километрах от завода. Дирекция Толевого возражает. А пока лежат без движения ассигнованные на строительство средства. А пока что отодвигается срок сооружения новых домов, отсутствие которых является важнейшей причиной текучести рабочей силы.

Итак,- ударники толевого стремятся обратно в бараки. Но что же ждет их там?

В больших комнатах, продуваемых ветрами, едва сохранились следы побелки. Директор Ефимов не относит, видимо, к числу необходимых предметов обихода стулья. И вот жильцы, которые из-за холода никогда не снимают верхней одежды. вынуждены. сидеть на кроватях в пальто, шапках и сапогах. Нет тумбочек. И рабочие хранят свои пожитки под матрацами и подушками…

Обо всем рассказанном секретарь партийного комитета Макаров и председатель заводского комитета Колобов, возможно, и не подозревают. В бараках бывают они раз в месяц. Многие рабочие не знают их даже по фамилиям и в лицо.

А как рабочие проводят вечера? Молодых слесарей, живущих в бараке № 9, мы застали за чтением юбилейного сборника «Трехсотлетие дома Романовых» и захватывающего повествования «о жизни и чудесного старца Григория Распутина». 14-летнний паренек, ученик механической мастерской, вытащил некий Философический труд — что-то вроде «теории уразумения органических начал обоюдного раздвоения» — любимого чтива гоголевского полковника Кошкарева.

завод 1932 года

Все эти книги натасканы из картонного цеха, куда они сданы для переработки, как макулатура. А читают их потому, что на заводе нет даже захудалой библиотеки.

Впрочем, Макаров считает вполне нормальным, что источником «духовной пищи» является вышеупомянутая макулатура. По его словам, она в какой-то мере восполняет и для него отсутствие библиотеки.

Надо ли удивляться тому, что лат культурно-массовая работа на заводе предана забвению, что газета в бараках толевого представляет собой предмет недоступной роскоши»

Знает ли о делах и днях Толевого крайпрофсовет? На заводе утверждают, что нет. По крайней мере высокоответственные профсоюзные работники здесь никогда не появляются.

И вот сидят в своих кабинетах многочисленные инструкторы, члены президиума крайпрофеовета. читают нашу корреспонденцию и искренне возмущаются описываемыми фактами. Профсоюзным руководителям даже ; голову не приходит, что за леденящие сквозняки- в бараках, за тысячи бытовых неудобств, за вынужденное пользование вредной, не нашей ли натурой, они несут не меньшую ответственность, чем заводские организации.

 

4 responses to “Пропагандоны Куйбышева 1934 г. о проблемах городских окраин (Толевого)

  1. о доме, который «стоял рядом с заводом»: стоит по сей день, к чемпионату его даже привели в порядок, но вроде он необитаем

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s