Вперед к Кошелеву! Обрушение флагманов агробизнеса двигает миграцию

Попалась здесь мне статья за 1986 год про достижения хозяйства в Августовке Большечерноговского района, вспомнил что Нина Дюкова несколько раз в последние годы выставляла фотографии показывающие его современное состояние. Поэтому сделаю так — сначала выложу текст 30-летней давности с несколькими фото Нины, а потом отпишу как они сегодня дошли до ручки такой и по каким параметрам.

А. Сыров «Сельская диалектика»

В хлебном промысле не возникает ничего случайно и ничего не пропадает вдруг. Трудный опыт, приобретенный нами в противоборстве с малоснежными зимами и бездождьем, сработает обязательно — и урожаем обернется полновесным, и затраты окупит сполна.

Суждением этим, проверенным двадцатисемилетней председательской практикой, подытожил Николай Петрович Попов, Герой Социалистического Труда, один наш давний разговор на полевом стане третьей бригады в самый разгар деревенской страды.

В Августовке в ту уборочную царил знакомый трудовой подъем, который приходит в наши заволжские села вместе с большим хлебом. После первых двух засушливых лет пятилетки, поставивших под сомнение традиционно честолюбивые планы здешних полеводов, наконец-то поднялись стеной озимые хлеба, вымахал в пояс ячмень, налилась полновесным зерном яровая пшеница, по сегодняшний день именуемая за отменные хлебопекарные качества степным янтарем. Судя по рассказу руководителя хозяйства, уже успевшего объехать все горячие точки жатвы, зерновые культуры обмолочены были к полудню на половине отведенного под них клина, а на элеватор в областной центр отправился автопоезд известного сызранского водителя Егора Ивановича Аверьянова с очередными пятьюдесятью тоннами груза — они венчали собой выполнение колхозом годового плана хлебозаготовок. Конечно же, весть о трудовой победе в одночасье облетела колхоз, но никакой остановки в работе не вызвала. Другим, оказывается, был ориентир у земледельцев. Коммунисты хозяйства, руководители и специалисты еще до первого прокоса настроились сами и настроили весь коллектив в десять-двенадцать дней, без всяких скидок на ненастье, взять урожай сполна. И руководствоваться в уборку планом не годовым, а пятилетним, выполнение которого по-настоящему начиналось только теперь. Поэтому в определении нового рубежа единодушие было полным: дать государству еще один план!

Николай Попов — герой Августовки

В памятное то лето, справедливо названное ключевым, даже переломным в пятилетке, с хлебом оказалась не одна Августовка. Над капризами погоды взяла верх земледельческая наука и практика во многих колхозах и совхозах. Ощутимо повлияли на результаты производственной деятельности, экономику сельскохозяйственных предприятий решения майского (1982 г.) Пленума ЦК КПСС, одобренная им Продовольственная программа. Значительные материальные и финансовые ресурсы, направленные на ее реализацию, обернулись заметным ростом продуктивности сельскохозяйственных угодий. В полный голос заявили о себе районные агропромышленные объединения. Надежного помощника получили земледельцы в лице сформированной тогда районной агрохимслужбы. Щедрым, словом, выдалось лето восемьдесят третьего года. И с планами в большинстве своем колхозы и совхозы справились, и шаг заметный в улучшении все более важного сегодня показателя — рентабельности отрасли — сделали. Чем же тогда сумели выделиться среди своих ближних и дальних соседей августовские хлебопашцы, практически в один сезон покрывшие долги и заложившие прочную основу для будущего успешного завершения всей одиннадцатой пятилетки? Вопросом этим я задавался и в самом ордена Ленина колхозе имени Ленина, и в других хозяйствах.

Вопрос не новый. Рядом, на одной земле, подчас буквально через межу, работают люди. Плодородие почвы одинаковое. Нет заметной разницы в размере пахотных угодий, в энерговооруженности и фондообеспеченности хозяйств. И там и здесь трудятся работники вполне сравнимой квалификации, одинаково относящиеся к своему делу. Но, соседствуя на земле, внешне похожие сельскохозяйственные предприятия часто оказываются на разных полюсах экономических сводок. Применительно к хозяйствам степного Заволжья, часто растящих хлеб под неласковым небом, деловой успех одних отнюдь не отождествляется с благоприятной погодой, а неудача других — с ее капризами. Больше приходится видеть, как «везучие» с максимальной выгодой используют предоставившиеся возможности и восполняют, нередко с лихвой, допущенные раньше потери, а «неудачники» довольствуются малым, списывая на ненастье порой значительные свои просчеты.

Среди многих причин, достаточно обоснованно объясняющих обязательную плодотворную работу одних и, напротив, чуть ли не запланированные срывы других сельскохозяйственных предприятий, прежде всего хочется выделить уровень партийного и хозяйственного руководства. Причем в связи со специализацией и концентрацией сельскохозяйственного производства, переводом его на промышленные рельсы, широким внедрением достижений научно-технического прогресса роль руководителя — в звене или бригаде, в агрономической и инженерной службах, наконец, секретаря партбюро или парткома, председателя колхоза и директора совхоза — все более возрастает. Многие сегодняшние колхозы и совхозы насчитывают до тысячи человек. По уровню фондовооруженности, энергообеспеченности и финансовой мощи их можно смело сравнить, например, с предприятиями легкой или обрабатывающей промышленности. Управлять ими непросто. Экономистами подсчитано, что только из-за управленческой несостоятельности технически обоснованные нормы выработки на многих операциях — севе, пахоте зяби, уборке урожая — выполняются в среднем лишь на 80 процентов.

30 лет назад

сегодня, взято отсюда

В Августовке же, в местном колхозе, экономисты приводят иные выкладки. Скажем, вот уже пять-шесть лет кряду вся техника к весенним и летним полевым работам восстанавливается здесь к середине зимы. То есть не на дни и недели, а на целые месяцы раньше начала самих работ. И все технологические операции потому выполняются в строгом соответствии с агротехническими требованиями. Но интерес представляет даже не сам факт четкой организации полевых работ, их высокой культуры, когда можно быть уверенным, что все выращенное непременно окажется в колхозном амбаре и на фуражном дворе, без биологических, технологических и прочих потерь. Мне всегда было интересно видеть, как продуманно, настойчиво, год за годом создавался этот высокомеханизированный зерновой конвейер. Ведь и сегодняшние комбайны с измельчителями соломы, давшие возможность полностью механизировать уборку не только зерна, но и соломы с половой, и благоустроенные ангары, где ставится на ноги и потом хранится зимой вся колхозная техника — главное оружие земледельца в борьбе с засухой, и мобильные звенья технического обслуживания, способные не дать простоять агрегату лишней минуты в страдную пору,— все это появилось в хозяйстве не сразу. Были трудности в средствах. Думаю, не легче давалось колхозному руководству и само решение — куда эти ограниченные средства направить в первую очередь.

Именно в Августовке мне пришлось отказаться от, казалось бы, очевидной мысли, что визитной карточкой руководителя современного хозяйства является состояние дел в животноводстве и что с фермы должен начинаться его рабочий день. Животноводство, полагал я до одной из командировок в степное село, в отличие от растениеводства продукцию выдает ежедневно, и тут наряду со многими перспективными приходится то и дело решать вопросы сиюминутные. Августовские же специалисты и руководители рассуждали иным образом. Да, забот ферма требует немалых, и забывать о них, конечно же, не следует. Но ведь сегодня при всевозрастающей технической оснащенности всех отраслей сельскохозяйственного производства, от состояния техники, правильной ее эксплуатации, эффективности ремонта и хозяйского хранения в первую очередь зависит, с какой кормовой базой будет животноводство, больше того, как вообще пройдет рядовой рабочий день на ферме: вовремя ли будет накормлен и напоен скот, проведена дойка, отправлена на заготовительные предприятия продукция, очищены помещения, осуществлены всевозможные зоотехнические и ветеринарные мероприятия. Уровень механизации животноводства в хозяйстве превышает 80 процентов. Просто трудно представить, чем бы закончился зимний день на одной только молочной ферме с ее 2200 коровами, если бы вдруг разладилась всегда ритмичная работа парка колесных тракторов или автомобилей. К такой точке зрения пришли в хозяйстве и создали затем уже упомянутую прекрасную базу для хранения, ремонта и эксплуатации современной сельскохозяйственной техники.

Возможно, просто было принять это решение? Думается, нет. И вот еще одно тому подтверждение. Вспоминаю, как колхоз в одночасье приобрел 46 КамАЗов, тогда только начавших сходить с конвейера. Разговоры об этом приобретении шли по всей округе. Оценивали его по-разному: одни — как размах, другие — как исключительную будто бы возможность заполучить дефицит, третьи и вовсе посчитали расточительством. Я же спросил одного из руководителей соревнующегося с Августовкой соседнего колхоза «Степной маяк», руководителя, теперь оставившего должность:

—  А если бы точно такую возможность предоставили вашему хозяйству, как поступило бы руководство?

Ответ был немедленный и категоричный:

—  А что бы я стал с ними делать? Это не приобретение, а обуза.

В Августовке же эти машины многократно себя окупили и приносят немалый доход по сей день.

в 1980 годы

Экономисты утверждают: чтобы четко организовать коллективный труд, мало сделать правильные расчеты и заставить людей им следовать, куда важнее добиться согласия, искреннего желания каждого выполнять работу так, как она задумана руководством и службой специалистов. Другими словами, залог успеха, его фундамент — в согласии. Или, как мы сейчас говорим, в умении брать в расчет человеческий фактор, доходить буквально до каждого работника, убедить его в необходимости задуманного.

На этой установке, давно вошедшей в практику работы парткома и правления колхоза, прочно соединяется партийное и хозяйственное руководство в передовом коллективе. Здесь сумели так поставить дело, что колхозники ценят не только зарплату, моральные и материальные поощрения. Каждый знает: добросовестная работа в поле или на колхозной ферме обязательно обернется благоустроенным жилым домом с приусадебным участком, огородом, гаражом и надворными постройками или красивым детским садом со всеми удобствами, где всегда найдется место твоему малышу.

—  Первый документальный фильм о нашем селе назывался «Любовь моя, Августовка». Потом снимались другие хорошие фильмы: «Войди в каждый дом», «Памятник», на которых многие не могли удержать слез. Но первый запомнился особенной точностью главной мысли,— признался мне однажды Николай Зиновьевич Колесников, много лет стоявший во главе третьей полеводческой бригады, почетный колхозник, ветеран Великой Отечественной, и сейчас носящий под сердцем стальной осколок.— Мы любим свое село, потому что строится и расцветает оно от наших трудов. Всегда можно посмотреть в генеральный план будущей застройки и представить на нынешнем пустыре белокаменную улицу…

А с сознания причастности к этой большой созидательной работе начинается подлинный хозяин производства и кончается, быть может, неплохой, но равнодушный работник. Поденщик, которых земля не любит. Отношение к своему делу с душой пресекает беспорядок, рождает инициативу — мысль, чувство, действие. И так по спирали.

Поделившись этим своим соображением, Николай Зиновьевич неожиданно заметил:

—  Поначалу кажется, что у нас, у полеводов, работа однообразная. Осенью пашем, весной — посевная, потом, следом за сенокосом, хлебоуборка. И дальше все снова по кругу. Только не так все на деле. У каждого не случайного на земле работника особый календарь, счет времени идет по урожаям.

И припомнил колхозный ветеран послевоенные годы, когда о хлебе сегодняшнем только мечталось, а облика нынешней Августовки и вообразить никто не мог. Я же после разговора с Колесниковым встретился с секретарем колхоза парткома Николаем Васильевичем Искриным, у которого к тому времени скапливались материалы для будущего колхозного музея. Нашлись среди них и более убедительные подтверждения слов знатного полевода.

Поздней осенью двадцать девятого года на сельском сходе сто крестьянских дворов образовали колхоз. Первые колхозники располагали хозяйством невеликим: 183 головы крупного рогатого скота, 64 лошади, 15 верблюдов, 15 свиней, 645 овец и коз, три-четыре десятка сох, плугов и борон. Не надо быть экономистом, чтобы представить себе, какую мизерную, по сегодняшним меркам, продукцию производили тогда августовцы, положившие тем не менее своей верой и трудолюбием начало тому замечательному, измеряемому шагами саженьями движению, о котором мне говорил колхозный бригадир.

Так вышло, что с отчетом колхоза об итогах нелегкой одиннадцатой пятилетки мне пришлось познакомиться не в самом хозяйстве, а на районной отчетно-выборной партийной конференции. С трибуны цифры звучали в сравнении, весомо, были проанализированы, им дана была высокая оценка, а опыт партийной и хозяйственной деятельности рекомендован для широкого распространения. Эти окончательные итоги значительны и интересны уже сами по себе, ведь сработать так же смогли немногие. Мне же их хочется назвать еще и потому, что они лишний раз убеждают, как глубоко прав был мой собеседник, солдат и хлебороб Колесников.

ДК Августовки сегодня

За пять лет, из которых, повторю, три были неурожайными, августовцы засыпали в государственные закрома 54 240 тонн зерна, выполнив план на 100,2 процента. С колхозных ферм на заготовительные предприятия поступило 26 642 тонны молока — каждая четвертая в районных заготовках. Пятилетка по мясу реализована на 108,2 процента, этой продукции заготовлено 5849 тонн. Ежегодная прибыль составила 1 миллион 800 тысяч рублей, а рентабельность — 27,2 процента.

В перерыве конференции встретился с ее делегатом, надевшим по случаю все свои, во всю грудь, ордена и медали,— августовским полеводом Иваном Михайловичем Боровковым, с которым познакомился много раньше, еще в бытность его бригадиром тракторной бригады. Разговор состоялся короткий, но перемены в собеседнике я не заметить не мог. Знал я когда-то руководителя очень непростого и очень важного в земледельческой отрасли подразделения. Естественной казалась тогда его забота о бригадном наделе, о превратностях капризной весны, когда можно прогадать с посевом той или другой культуры, о дефицитных запасных частях и недостающих в его хозяйстве сельхозорудиях. О многих других больших и малых проблемах, которые, однако, опять же замыкались на бригаде. Теперь я беседовал с рядовым механизатором — попросился с бригадирства по здоровью. Сузился вроде бы круг обязанностей у человека. А разговор ведет по большому счету.

За время, что мы не виделись, Иван Михайлович награжден орденом Ленина. Стал одним из организаторов и непосредственных участников социалистического соревнования между своим колхозом и агропромышленным комплексом «9 сентября» города Чирпана Старозагорского округа Народной Республики Болгарии. Был в числе делегации, заключившей в восьмидесятом году договор о трудовом, содружестве и обмене передовым опытом между коллективами двух сельскохозяйственных предприятий. Колхозные партийцы в торжественной обстановке, что называется, принародно поздравили ветерана с 35-летием пребывания в рядах КПСС. Чувствуется, как он гордится той похвалой, что прозвучала в адрес его родного колхоза на конференции, но говорит о другом — о том, что его заинтересовало в выступлениях делегатов и может быть использовано на полях и фермах его хозяйства. В некоторых полеводческих бригадах хорошо показала себя индустриальная технология возделывания зерновых культур. Дело стоящее, надо обязательно познакомиться с ним обстоятельнее. Повсеместно весомые результаты приносит бригадный подряд, в том числе и в полеводстве. В его же колхозе прогрессивный метод по достоинству оценили и используют только в мелиоративных подразделениях и в откормочном скотоводстве. А вот с опытом работы их отряда плодородия, который в одиннадцатой пятилетке не только минеральные, но и все органические удобрения заправил в  почву в строгом  соответствии с агрохимическими картограммами и во многом способствовал богатому урожаю, могли бы познакомиться очень и очень многие из участников конференции.

былые фонтаны

Недолог был перерыв, а сказать механизатор Боровков сумел многое. Как богаты и разнообразны, оказывается, возможности у самой древней профессии — профессии хлебопашца, если человек не обслуживает землю, а этой земле служит. Иван Михайлович говорил о делах производственных, а я вспоминал свои встречи с его односельчанами, которые, без преувеличения, славят степной край. С Анной Ивановной Лужановой, 33 года проработавшей и продолжающей работать дояркой на одной ферме. Если бы я не знал о достойных ее наградах — орденах Октябрьской Революции, Дружбы народов и «Знак Почета»,— а знал только об этих 33 годах беззаветного служения однажды выбранному делу, мне все равно запомнились бы эта женщина и ее родное село. С доярками и депутатами райсовета Лидией Трофимовной Лизуновой и Анной Трофимовной Лискиной. С заслуженными колхозницами и тоже доярками, вместе с подругами основавшими в районе клуб трехтысячниц, Валентиной Николаевной Ветровой и Любовью Никитичной Кадацкой…

…Все чаще и чаще мы говорим о воспитании в человеке чувства хозяина на производстве. На этом качестве основана социалистическая трудовая дисциплина. Но всегда ли при этом заботы о воспитании идут дальше материальной основы жизни человека и доходят до основы духовной? В Августовке, берусь сказать это, доходят. Здесь одинаково трудно отыскать в страдную уборочную пору не сжатую бракоделом пшеничную полоску и равнодушно, лишь бы крыша была над головой, выстроенный дом.

PS Итак, что же произошло за минувшие 30 с лишним лет, кроме обрушения СССР и фонтана в Августовке.

В конце 1990-начале 2000 годов в регионе практически пошло под нож животноводство, дававшее в советском селе наибольшую занятость для населения. Сегодня ни молочного стада, ни крс на мясо в Августовке в промышленных объемах уже нет, хотя хозяйство, вернее целый холдинг возглавляет Виктор Димитриев — бывший главный зоотехник совхоза-миллионера им. Ленина,  хорошо знающий его прошлую экономику.

Почему вырезали стадо — как стало понятно 18-20 лет назад аграриям — животноводство в современной России не давало такую прибыль как растениеводство. Никаких субсидий же на молоко в ту пору правительство не давало.

Что еще изменилось — если 30 лет назад на время уборочной привлекали автохозяйство из Сызрани (старшего Серпера), то теперь хватает и местных водителей. Вообще считается, что в Августовке свое хорошее автохозяйство.

Не возят в наши дни зерно из Августовки и в самарские элеваторы, обходятся своими хранилищами, к тому же в хозяйстве есть свой комбикормовый завод. Так что не случайно в областном центре старые элеваторы уничтожают.

Что касается химии, то здесь в Августовке, вроде бы порядок, поля обрабатываются, как положено по науке. Но вообще же много народа сегодня на селе не нужно — занять их чисто в сельском хозяйстве нечем, вот и заселяют эти люди окраины Самары типа Кошелева и хостелы. Это пересадочные станции мигрантов. Вот и в большой Августовке, включающей в себя 4 населенных пункта, из зарегистрированных на 1 января 2018 года 3310 жителей свыше 9 месяцев в селе отсутствовало 637 человек (20%), где находится большая часть из них догадаться несложно.   

2 responses to “Вперед к Кошелеву! Обрушение флагманов агробизнеса двигает миграцию

  1. Еще раз убедился в том, что Саша Сыров был талантливым журналистом, но, Игорь, возвращаясь к теме истории мелиорации вообще и развития южных районов. Самарской области, в частности, нелишне было бы бросить взгляд в более далекую ретроспективу. Так стало бы понятнее, почему, как ты говоришь, «обрушился» агробизнес (тогда и понятия-то такого не было).

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s