Как папе голову не отрезали

пока в 2013 году пресса громила самарскую медицину за якобы халатное отношение к детям, детдом №1 шел навстречу настоящей трагедии с детьми

пока в 2013 году пресса устроила погром самарской медицине за якобы халатное отношение к детям, детдом №1 шел навстречу настоящей трагедии с детьми

Мой маленький сын после того как мне сняли послеоперационные швы на шее, посмотрел на меня и спросил — Папа, а зачем тебе голову отрезали?

Пришлось объяснять малышу азы хирургии…

Хотя есть люди, которым точно хочется что-то отрезать, например, если и не голову целиком, то хотя бы язык

О чем это я?

Открываю сегодняшний «Коммерсант» и читаю:

— Информатизация привела к росту числа недовольных пациентов 

Это статья о том, что граждане стали чаще обращаться к страховщикам по поводу лечения.

Вообще-то в моем представлении информатизация это нечто более масштабное, чем легкость обращения с жалобами на медиков.

Я это еще по скандалу 2013 года в больнице им. Семашко заметил, когда вскоре после этой истерики в одном из детских домов погибли от наркотиков 2 ребенка, на самом деле погибли.  Хотя тогда полгода системно гнобили самарских медиков, а не соцслужбы, к которым относился детдом.

В чем проблема статей в формате подобном Коммерсанту? Их основной посыл заключается в том, что их пишут те, кого, видимо, вообще не интересует проблема со здоровьем людей, их волнует распределение финансовых потоков направляемых на здравоохранение. В их головах  — счетчики, как в такси, в их понимании медицина — это всего лишь услуга, а не лечение людей.

Хотя настоящая информатизация в моем представлении — это степень распространения полезной и крайне нужной для людей информации о разных болячках, степени их раннего диагностирования и лечения на самой первой стадии.

Опять вернусь к своему личному опыту знакомства с Самарским онкодиспансером.

Уже после того, как вчера вышел первый пост, мне звонили люди и рассказывали, что о своем опыте знакомства с этой вещью (раком) они стараются молчать.

Хотя тоже прошли через сложные операции.

В общем, они переносят свою боль в одиночку.

Другие знакомые просто боятся говорить на эту тему, чтобы не накликать. Они интересовались, как можно продиагностировать онкозаболевание. Как будто я в этих вопросах более компетентен, чем врачи СОКОДа.

Хотя то, что я знаю точно по своему опыту, особенно после смерти нескольких ровесников (очень успешных в жизни ребят), это то что страх и даже паника — здесь также вредны, как и на фронте.

И никто мимо этого животного страха не проходит. Никто.

Не зря же перед выпиской из диспансера многие больные благодарят своих врачей не только за лечение, но и за то хорошее настроение, которое они поддерживали у них (ну и скажите мне — почему про это никто страховщикам не пишет?)

А, еще информатизация населения — это, на мой взгляд, распространение информации о том, с какого рода современной медициной и ее технологиями мы имеем сегодня дело в своем регионе. И где это находится.

В ноябре в одной из палат я лежал с 74-летним Степанычем, который начинал лечиться 30 лет назад еще в Физинституте на Ленинской (это рядом с Троицким собором).

Мой сосед — крепкий физически человек с очень хорошей памятью и когда он видел то, чем располагает сегодня СОКОД (а он тоже, как и  я, лечился на разных этажах больницы), он только вздыхал, вспоминая минувшие годы.

Ведь это и на самом деле очень круто то, что есть у диспансера и что работает на людей.

Операционный блок, где выполняется ежедневно до 60 сложных операций, а всего ежегодно выполняется до 13 тысяч оперативных вмешательств, включая расширенные комбинированные реконструктивно-пластические (как у меня на спине) и органосохраняющие операции.

В СОКОД используются рентгенохирургические методики, эндопротезирование, радиочастотная и ультразвуковая аблация первичных опухолей и метастазов различных локализаций. В отделениях лучевой терапии выполняются высокотехнологичные методы с применением компьютерных систем для планирования и контроля лечения, в том числе брахитерапия, интраоперационная лучевая терапия, конформное, стереотаксическое облучение.

Наш онкологический диспансер оснащен линейными ускорителями, рентгеновским симулятором, аппаратом ортовольтной терапии, ангиографическим комплексом, компьютерными и магнитно-резонансными томографами, рентгеновскими установками, гамма — диагностическими камерами ведущих мировых производителей медицинской техники, ультразвуковыми аппаратами экспертного класса, эндоскопическим и эндовидеохирургическим оборудованием. Плюс специалисты, работающие на этом оборудовании. Мою щитовидку здесь в ноябре поймали на УЗИ, хотя еще в октябре, полтора месяца назад в Советском районе на УЗИ ее опасность не заметили.

В диспансере создана единая компьютерная сеть для амбулаторно-диагностических отделений и стационара и о том, что гистология показала, что у меня нет метастазов я узнал уже через пару минут после того как результаты из лаборатории упали на комп моего лечащего врача — Андрея Синотина.

Вообще-то Самарский областной клинический онкологический диспансер, являясь специализированным научно-методическим центром, служит базой для развития прогрессивных технологий и исследований в области онкологии в ПФО, но едут к нам лечиться не только соседи, но и жители Западной Сибири, Крайнего Севера, Кавказа и даже москвичи. Недавно в больницу впервые обратился житель Севастополя, всего же  за 9 месяцев 2016 г. в больнице была оказана медицинская помощь 1 948 иногородним и 667 иностранным пациентам.

Помогут здесь и гостям мунидиаля, коли будет такая острая необходимость.

Не случайно тот же наш гражданин USA Андрей Знаменский, приезжая в Россию каждое лето, интересуется, где в Самаре можно получить качественную и технологичную медицинскую помощь по тому или другому профилю. Андрей  Андреевич родился в семье медиков и больше нашего понимает в этих вещах.

Это у нас по старинке привыкли ворчать на своих врачей, когда уже петух клюнет в одно место, а на Западе все делают загодя, проводя заранее мониторинг что и где лучше.

А в Самаре прогресс идет не только в лечении онкологии. За период с 2013 по 2015 гг. в медучреждениях 63 региона почти на 50% увеличился объем оказания ВМП — высокотехнологичной медицинской помощи — с 9679 до 14.307 человек.

Такие же темпы мы сохраним и в этом кризисном году — по его итогам за счет бюджетов всех уровней в Самарской области планируется дальнейшее увеличение объемов ВМП (более 14,5 тыс. — теперь и я в их числе).

За три последние года с 5 до 12 увеличилось число государственных мед учреждений, в которых ВМП оказывалась жителям из других регионов РФ — мы лидируем не только по лечению онкозаболеваний. Среди 20 наиболее востребованным профилей, есть и помощь оказываемая новорожденным.

Вот об этом всем и надо информировать население.

А также и  том, что рак, как и любую болезнь можно победить, если поймать их на ранней стадии.

Лишь бы медикам не мешали и не толкали под руку разного рода проверяльщики и стенальщики, ведь если говорить честно — больной человек никогда не будет удовлетворен, пока он жив.

Реклама

4 responses to “Как папе голову не отрезали

  1. Более двадцати лет назад, когда еще не на машине ездил, а на общественном транспорте ( 🙂 🙂 🙂 ), зимой вышел из троллейбуса, подскользнулся и начал падать. Инстинктивно подставил правую руку, которая крайне неудачно подвернулась. Боль была страшная, непроходящая! Такая, что даже думать и вразумительно оценивать ситуацию не мог… Но собравшись, поплёлся в больницу, к счастью, расположенную недалеко от остановки. В медсанчасти быстро сделали укол новокаина, вызвали перевозку и доставили в трампункт. И здесь мне более-менее «повезло». Сразу положили, а вернее, посадили под рентген, видимо, чтобы перед «вправлением» вывиха определить, нет ли перелома. А за тем, хирург, после еще одного обезболивания «через спинку стула» потянул руку и вправил. Потом, как в «Бриллиантовой Руке» — «очнулся, гипс» ))))
    Добрался домой, мои близкие стали суетиться, ахать-охать, сами понимаете. А маленькая дочка (три года ей тогда было), как увидела, что папа в шубе на голое тело и перевязан, заинтересовалась. Под мышкой тампон такой торчит (ну, это врачи для дополнительной фиксации устанавливают).
    Я, дурак набитый, возьми и схохми: «… понимаешь, руку вывихнул, болеть стала, мне ее отрезали и сейчас вот новая ручка растет… через месяц отрастет окончательно, а пока, она еще совсем крохотная, перевязана и имеет вид тампона».
    Понятное дело, слёзы дочери и возмущение моих женщин 🙂

    К сожалению, социальная (родительская) зрелость наступает у многих гораздо позже, чем зрелость физическая 🙂

    Здоровья Вам, Игорь Александрович!

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s