«Шлиман» земли самарской

Галина Ивановна

Мы не первые люди на этой земле. И не последние. В мирской суете эта истина забывается. Даже строя новое общество или просто дом, люди порой ведут себя по формуле «после нас — хоть потоп». Им не интересны вечные ценности, не стоящие в рыночном прайсе. Перспектива же видится до ближайшего перекрестка. Хотя есть наука, которая не просто погружена в далекое прошлое, но и обязывает других так же бережно относится к нему. Это — археология. Переживавшая в России и подъемы, и тяжелые времена. Всегда страдавшая из-за недостатка финансов и которой временами доставалось. Когда мертвая схема правящей идеологии обязывала переписывать исследования, основанные на добытых из земли фактах.

археолог Петр Бадер

Как ни странно, но индустриальная столица Средней Волги начала обретать черты сложившегося культурного центра недавно. Лет 30 назад. А до этого та же археология существовала у нас только эпизодически. Была попытка непрофессиональных энтузиастов, организоваться незадолго до революции. Потом в 20-х недолго существовали Высшие историко-археологические курсы, слушатели и преподаватели которых излазили всю губернию на предмет того, что в ее земле есть интересного и обнаружили 1200 памятников. А в 1950-х в районе Тольятти поработала выездная экспедиция Института Археологии. Приехавшая потому, что с введением Волжской ГЭС затапливалась обширная территория. Как система знаний своя археология у нас появилась только после создания в Куйбышеве госуниверситета. И появления в ней Галины Ивановны Матвеевой. Женщины, посеявшей на Волге плоды и собравшей урожай. В виде многочисленных учеников, музейных экспонатов и исследований. В буквальном смысле «Матери» местной археологии.

раскопки Бадера

Родилась Галина Ивановна в 1933 году, в городке Ата, на южном Урале. В школе, еще девочкой Галя увлекалась математикой, но личность педагога предопределила ее дальнейшую жизнь. Совесть учителя математики была не чиста по отношению к людям его окружавшим, а дети чувствуют подвохи гораздо острее взрослых. Вот и поменяла девушка свои взгляды на будущую профессию. Поступив после школы на исторический факультет Пермского университета и выбрав специализацию археология. Хотя математические задатки остались у нее на всю жизнь, особенно когда серьезные поступки надо было просчитывать на несколько шагов вперед. Учителем Галины был легендарный археолог Петр Бадер, преподававший в универе с 1947-го по 54 год. Энциклопедист, немец по национальности, сражавшийся в годы войны в ополчении. Фанатик своего дела до такой степени, что когда оказался в Нижнем Тагиле в 1940-е, то копал древнюю стоянку вдвоем. С женой. Естественно, что его увлечение археологией передавалось и студентам. Оно было таким сильным, что в то время как их сверстники в 1950-ые годы грезили целиной, ребята — археологи каждое лето трудились на раскопках. На месте будущей Камской ГЭС. Всего в Перми Бадер подготовил около десятка специалистов, ставших впоследствии известными исследователями Урала и Поволжья. Хотя путь к большой науке извилист. После университета Матвеева сначала попала по распределению директором музея в город Троицк Челябинской области. Где одновременно работала учителем. В музее она готовила экспозиции к Октябрю и прочим классовым годовщинам, и считала что на раскопки у нее нет ни средств, ни времени. Хотя на самом деле она и там копала. С помощью школьников. На месте будущей ГЭС. Хоть эти раскопки и велись не систематически.

школа 41 была первым университетом

Все изменилось в 1960-х — сначала, когда 28-летняя Галина попала на преподавательскую работу в Уфимский университет, где она стала кандидатом наук, а потом в 1969-м, когда Матвееву пригласили во вновь открывшийся Университет города Куйбышева.

Храмков любил бороться со студентами

На Волге специалистов нового академического вуза обком КПСС, отвечавший за кадры встретил хорошо. Тогда все прибывшие специалисты получили квартиры. Чему видимо способствовал и тот факт, что вторым человеком вуза — его секретарем парткома был боевой Ленар Храмков. А вот начинал свою жизнь универ как «кроха»: с первого набора в 200 студентов, в здании средней школы № 41, на Осипенко. Причем здесь не только учились, на верхних этажах еще размещалась и общага для школяров. Хотя в дальнейшем по плану города считалось, что новые корпуса госуниверситета на улице академика Павлова станут центром города. Не только географически.

Игорь Васильев

На самом деле потом вуз рос не только в пересчете на число новых помещений — с появлением специалистов в Куйбышеве пришла популярность археологии. Которая двинулась в народ. Археологические кружки в 1970-е годы возникали во Дворцах пионерах и даже в клубах при ЖЭКах. На фоне мертвой пропаганды, рассуждавшей о развитом социализме это было на самом деле интересно. Древности, извлеченные собственными руками всегда вызывали живейший интерес у школьников. Родители которых не знали, что такое трудные дети, поскольку их чада лето проводили, работая на раскопках. Руками. С командировочными по рублю. В сутки. А зимой делая доклады на конференциях. К широкомасштабным исследованиям, по размаху превышавшим работы в других областях Поволжья, наших археологов просто обязывал и широкий фронт строительных работ в области. Раскопки по закону должны предшествовать строительству. А строили в то время много, начиная с системы оросительных каналов по югу области. Нарастало «мясо» и на мышцы самой молодой местной археологии. Так, вслед за Матвеевой из Уфы переехал и перспективный историк Игорь Васильев, сначала работавший в археологической лаборатории универа, а потом защитившейся и открывший «второй фронт» в Куйбышевском пединституте. В котором создал свою школу, взяв раскопки по палеолиту. С тех пор так и повелось, что Матвеева и ее лаборатория специализировалась по средневековью, а Васильев по более ранним древностям. Хотя средневековье оказалось способным приносить и неудобства. Так, в конце 1970-х Галине Ивановне цензоры по идеологическим причинам зарубили публикацию о Волжской Болгарии. Мол, что это еще за Болгария здесь была? Так же доставалось местным археологам в конце 1980-х за статьи в прессе, в которых они относили часть племен, кочевавших в Поволжье к арийцам. Тут бдительный обком КПСС усматривал прямые аналогии в 3-им Рейхом. И вообще раньше племен с германской культурой на территории России археологи должны были не находить.

Сергей Зубов

В начале 1980-х Матвеевой предложили самой создать и возглавить местный музей археологии по соседству со строящимся Ленинским Мемориалом. Галина Ивановна со своим математическим складом ума подумала-подумала и отказалась. После чего по Куйбышеву пошла гулять легенда, что произошло это потому что она исключительно скромный человек. На самом же дела эта версия только половина правды, а настоящая причина отказа в том, что Матвеева всегда была категорически против того, что уникальная экспозиция — плоды труда сотен людей будут выставляться в небольшом деревянном здании. Пожар, в котором может стереть в миг то, что наработано десятилетиями. А вот новое здание кирпичного Дома книги, напротив музея им. Алабина для такой экспозиции подошло бы идеально.

молодой Алексей Богачев

Всего за годы работы на Волге в научной школе Галины Ивановны специализировалось около 100 студентов, из которых несколько десятков защитились и сами стали признанными спецами. Такими как Алексей Богачев и Сергей Зубов. Так, что за большой работой многие социальные бури 1990-х миновали археологов, которые и сами разрушали классовые мифы. Например, когда они, производя раскопки 18 века в селе Новинки, неподалеку от Рождественно, обнаружили на небольшом участке земли 8 монет. В то время как согласно схеме научного коммунизма зажиточных крестьян в то время не было.

Галина Матвеева считала, что порой извлеченные из земли материальные свидетельства той культуры, которая была до нас, красноречивее других документов говорят об успехах и неудачах наших пращуров. Так, упадок обычно наступал после военных поражений. Хотя древние народы не только враждовали, но и пересекались по доброму — создавали семьи, торговали.

Из жизни Галина Ивановна ушла осенью 2008 года

Еще воспоминания об Отто Бадере и Галине Матвеевой, сайт Самарского археологического общества

3 responses to “«Шлиман» земли самарской

  1. Никто из археологов не озаботился сохранением памятников археологии. Один овраг Подпольщиков и поляна Фрунзе чего стоят. Большинство их трудозатрат было направлено на поддержание своего существования как и в оборонке, строительстве и т.д. А сколько там крыс…

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s