Отставленный

на встрече в МИРе 29 апреля 2011 г.

Еще на выборах в прошлом году многие наблюдатели обратили внимание, что с ТВ совсем пропал профессор социологии Евгений Молевич. Обычно он не исчезал с телеэкранов в период предвыборых дебатов, а тут его совсем не видно… 

То же самое повторяется и осенью 2011 года. Молевич жив, но его не показывают. Последний  раз на подобного рода публичных мероприятиях профессора видели 29 апреля 2011 г., на диспуте устроенном клубом 4 ноября в институте МИР. Тогда он заявил, что губернатор Владимир Артяков ввиду низкой популярности не может быть локомотивом «ЕР» в регионе, а Путин если он снова собирается стать Президентом РФ должен провести зачистку в своем правительстве, поскольку общество ненавидит значительную часть российских министров из-за коррупции. Естественно в медиа-отчетах о встрече никто слов Молевича приводить не стал.

Что еще вспомнается про самарского профессора?

Анна Готлиб - первый декан соцфака СГУ

 Первые самарские социологи никогда и не скрывали, что связаны с идеологией. А она долгие годы не могла быть иной кроме догматического «научного коммунизма». Новшества, в который привносили не ученые, а чиновники типа Суслова. Или чекиста Юрия Андропова, своей статьей об этапах социализма, давшего философам работу, по толкованию написанного им, на десятилетие.  

в конце 1980 годов будущий олигарх алексей леушкин мечтал об аспиратнтуре на кафедре молевича

А, кроме того, социологи жили в ритме страны. Так, становление Евгения Молевича произошло в 1950-х гг. на целине Казахстана, где он комиссарил среди молодежи. Потом КПСС перспективный философ оказался нужен на другом направлении и Евгений Фомич появился в Куйбышеве. Где такие как он отстраивали официальное понимание марксизма-ленинизма на кафедре философии Политехнического института. Это направление работы было очень важным — ведь фактически до этого вся философская составляющая научного коммунизма вытекала из отдельных глав сталинского «Краткого курса истории ВКП(б)». К тому же партии нужно было не только введение марксизма-ленинизма в учебные курсы вузов, но и в основы мировоззрения молодежи, а потому то, что Молевич возглавил в 1965 г., в своем институте дискуссионный клуб (ДИК) было очень кстати. И каждый четверг в 19.30 энтузиасты клуба собирались на кафедре философии у молодого заведующего кафедрой Е. Ф. Молевича.

в апреле Молевич говорил, что Артякову не хватает рейтинга для того, чтобы быть локомотивом ЕР (фото с rospres.com)

Пик популярности ДИКа приходился на 1968–1969 годы. Люди тянулись к живой мысли. Молодежь спорила о том, что такое долг, любовь. Приходили студенты всех городских вузов. Некоторые студенты — активисты клуба потом оказались, связанными с Молевичем на всю жизнь. Например, бывшая студентка политеха, а потом социолог Анна Готлиб (первый декан социологического факультета СГУ).

Потом по мере окостенения политической системы в 1970-х дискуссии оказались не нужны. В моду вошла показушная требовательность. Попал под нее и Молевич, после того как партийное руководство Ленинского района Самары заинтересовалось его личной жизнью. Вернее сказать разводом и новым браком. Тогда 40-летнему философу чуть было не сломали жизнь.

Выручил Молевича профессор госуниверситета Вадим Борисов. Он принял Евгения Фомича на должность ассистента своей кафедры. Что естественно первоначально не могло оцениваться иначе как крупнейшее фиаско социолога. После должности заведующего кафедрой. Хотя потом оказалось, что переход Молевича в молодой университет, где в то время было небогато с кадрами — это новая ступень роста. Его здесь по-настоящему оценили. Хотя среди студентов случались и недоразумения. Так, одно время под вопросом была судьба Александра Овчинникова.

Молевич симпатизировал Титову

Один из студентов исторического факультета в 1970-х донес, что Александр Павлович на занятиях делает не те выводы. После разбирательства Овчинникова пощадили, а впоследствии он даже считался кафедральной звездой второй величины. После Молевича.

Находили Евгения Фомича в университете и другие смутьяны. Так, поговаривали, что еще в начале 1980-х к нему подходили советоваться насчет программы параллельной компартии. Создать, которую 30 лет назад в Куйбышеве планировали некоторые деятели, впоследствии проявившие себя в  конце 1980-х годов. Приватно Евгений Фомич консультировал по философии и других местных бузотеров. 

Что касается официальной жизни самого Евгения Фомича, то время 1980-х стало его звездным часом — он фактически руководил Университетом марксизма-ленинизма при Доме политического просвещения (ДПП), местом где в то время идеологически стажировалась вся партийно-хозяйственная элита Самары, а кроме того, возглавлял множество комиссий при Обкоме КПСС. Например, он принимал участие в отборе людей, допущенных к учебе в аспирантуре по общественным наукам. Что в те времена было пропуском в правящую элиту. А попасть в нее можно было только при наличии партбилета. Хотя для фаворитов Молевич делал исключения. Например, в 1987 году он принял в аспирантуру беспартийного Виктора Кузнецова, которого заметил еще студентом. После вуза Виктор служил в армии, возглавлял комсомол в институте культуры, но так и не вступил в КПСС.

Виктор Кузнецов (слева от Кошелева) попал в аспирантуру по общественным дисциплинам, вопреки правилам, будучи беспартийным

Кстати, такое положение с партийностью аспирантов, которое было в Куйбышеве в конце 1980-х уже считалось анахронизмом в Москве. Но на Волге были другие порядки: на кафедре научного коммунизма КГУ готовили не столичных вольнодумствующих аналитиков, а функционеров административной системы. Более нетерпимой, чем в столице.

Хотя сам Евгений Фомич микшировал эту жесткость своим личным примером. Например, он был инициатором ежегодного субботника, когда сотрудники его кафедры вместо бесполезной показухи, вкалывали в летнем пансионате для больных детей. Подготавливая его к заезду ребятишек.

Говорили и про дочь Молевича, работавшую в те годы водителем трамвая в Алма-Ате. Не брал Евгений Фомич дефицитную художественную литературу во время своих бесчисленных вояжей по сельским районам. Когда он просвещал местный актив о последних новостях во власти. Хотя, он же не мешал набирать этот дефицит другим.

Евгений Молевич не меняеся внешне последние лет 30 (фото с сайта СГУ)

Кстати, сам Молевич, как руководитель авторитарного типа, среди сотрудников уважал только тех, которые оказывали ему сопротивление или напротив беспрекословно подчинялись.

Перестройку 1985 года Евгений Фомич встретил с интересом. Она первоначальна дало толчок к возобновлению забытых дискуссий и профессор снова стал востребован. Как пропагандист новой и еще более новой партийной точки зрения. Всегда говорящий многозначительно и со скепсисом в глазах Молевич опять оказался в гуще истории.

Первым громким событием из этого ряда стало публичное обсуждение в марте 1988 г., в областной библиотеке романа А. Рыбакова «Дети Арбата». В тот день самый большой зал библиотеки даже не смог вместить всех желающих. Выступали десятки горожан, многие из которых  противоречили марксизму. Так что ведущему диспут Молевичу пришлось нелегко. В заключительном слове он указал на позиции, несовместимые с социализмом. Кроме Молевича на дискуссии присутствовали и другие идеологические работники КПСС. Ожидалось, что они тоже примут участие в ней. Но, оказавшись не подготовленными, эти люди промолчали.

Следующий бой за социализм Молевич держал на общегородском диспуте, состоявшемся 15 ноября 1998 в переполненном клубе имени Революции 1905 года. Евгений Фомич вел дискуссию между различными командами демократов, а партийные кадры в зале присутствовали на правах рядовых участников разговора.

Деревякин конкурировал за влияние на Лиманского с Молевичем

Подводя итоги диспута Молевич констатировал: «Мы пристально приглядывались друг к другу, искали пути совместной деятельности». На самом деле дискуссия показала: КПСС не готова к диалогу с демократами, а те представляют собой солянку, которая не имеет общей точки зрения.

Подобная растерянность верхов перекинулась и вниз. Уже в октябре 1990 г. встреча местных обществоведов с руководством Куйбышевского ГК КПСС закончилась на пессимистической ноте. Будущего у научного коммунизма в том виде, в каком он был все предшествующие годы никто не видел. Изменилось и название кафедры Молевича — в ней добавилось слово «социология». Хотя практики — социологи, работавшие в университетской лаборатории, имели достаточно напряженные отношения с сотрудниками кафедры.

Эпоха Ельцина не прибавила оптимизма кафедре Молевича. В обстановке первоначального хаоса на ней стали циркулировать всякие слухи о бывших коллегах. Якобы, сумевших внезапно фантастически разбогатеть. Другие же бывшие научные коммунисты вроде Валентины Симатовой сами погружались к бизнесу, создавая коммерческие специальности в вузах.   

молевич пиарил молодого мэра георгия лиманского

Несколько разрядило ситуацию создание консультативного политсовета при главе администрации области Титове. Наряду с местными политиками в нем оказался и Евгений Фомич, знакомство которого с Титовым исчислялось не одним десятилетием. При протекции Молевича ушел в областную власть молодой сотрудник кафедры Виктор Кузнецов, который затем вытащил в Белый дом и других «птенцов гнезда» Молевича. Появляются и другие проекты: на кафедре социологии, политологии и управления СамГУ начинают впервые в стране готовить социальных работников.

Сам Евгений Фомич, ставший к тому времени еще академиком социальных наук и директором НИИ при СГУ, в отличие от других обществоведов университета в политику не играл. Только иногда посещая традиционные митинги, проводимые коммунистами. Свои знания он использовал в прикладных целях, во время выборов. Хотя иногда ошибался. Так, например, в ноябре 1995 г. прогнозируя результаты предстоящих парламентских выборов он просчитался, говоря, что Конгресс Русских Общин преодолеет пятипроцентный барьер, а ЛДПР улучшит свои позиции.

Молевич ходит на митинги КПРФ

1996 год впервые развел по разные стороны баррикад и сотрудников его кафедры. Александр Овчинников помогал на губернаторских выборах руководителю обкома КПРФ Валентину Романову, а Молевич — Константину Титову. Профессор вообще всегда относился к бывшему самарскому губернатору с особым пиететом, еще середине 1996 г. сказав, что он со временем станет кандидатом в президенты России. Или главой Совета Федерации.

Хотя Евгений Фомич не всегда был так прозорлив. Его слабым местом считалось знание личных отношений в среде самарской элиты. Например, еще в 1996 г. он посчитал, что Сысуев теперь уже не сработается с Александром Белоусовым. Однако первая попытка их примирения случилась уже весной следующего года.

Оценила Молевича и областная власть. По Постановлению Титова он работал в составе комиссии при Губернаторе по Губернским премиям. А, кроме того, было решено начиная с 1998 г., предусмотреть в бюджете области, ежегодное выделение средств не только на награждение этими премиями, но и на поддержку важнейших разработок научных коллективов и отдельных ученых. Хотя в политике властей наметилась и другая тенденция: она стала финансово подпитывать своих, ручных социологов. Которые говорили, то что от них хотели услышать. Появление таких «специалистов» автоматически вело к дистанцированию от власти профессионалов — социологов. 

Новый поворот в жизни Молевича произошел на городских выборах 1997г. Тогда философ отошел от традиционной поддержки кандидата власти и рискнул, выступив на стороне оппозиции в лице связиста Георгия Лиманского: «Выборы принесли нам вариант лучший из возможного…». Понять эти тезисы Молевича было можно, поверить в них сложно. Ведь и сам он считал, что «понятия честного и нечестного в нашей стране весьма относительны». Кстати, сказав впервые в то время о начавшейся «капитализации власти», сам профессор зачем-то разоблачил «миф о том, что побеждает тот, у кого больше денег». Хотя потом говорили, что осенью того же года, те деньги, которые он сам получил у Лиманского, вышли ему боком. На выборах в губернскую думу.

Летом 1997 г. Молевич смело давал определение команде нового мэра как «более профессиональной», связанной с «высокими технологиями». Ранее таких эскапад Евгений Фомич себе не позволял. Пока различные уровни власти не отрегулировали свои взаимоотношения. А отношения мэрии и областной администрации были прохладными до мая 2000 г. Хотя философ, считая Лиманского прагматиком, сразу после его победы утверждал, что он вскорости найдет с Титовым общий язык. 

Молевич ошибся, по времени и это вышло ему боком: чиновники Белого дома в 1998 г. посматривали на него искоса. Разговаривая в кулуарах о его «измене». Сами они мало интересовались другой жизнью обществоведа. Между тем, у внешне благополучного философа сын был без работы. Ее отец нашел ему только в мэрии. Некоторую растерянность Молевич испытал и после убийства сына сотрудницы своей кафедры. Реальность всегда грязнее чистой теории.

Это доказали и отношения Молевича с новой мэрией. Несмотря на то, что осторожный философ осенью 1997 г. давал всецело положительную оценку деятельности Лиманского на посту градоначальника, его дальнейшие отношения с муниципалитетом не сложились. В роли нового идеолога и апологета здесь выступил профессор историк Геннадий Деревякин. Которому явно удалось потеснить философа не только потому что он был всегда оппозиционен Титову, но и имел больше выходов в реальную практику. Возглавляя объединения «Промышленная Самара» и Народно-патриотический союз. В итоге, к началу 1998 года Молевич оказался в стороне от власти. В изоляции. Особенно это наглядно было видно во время годовщины аспирантуры, когда это мероприятие в университете проигнорировали недавние протеже Евгения Фомича. А он сам и в 1998 году продолжил нетрадиционную игру, выступая вместе с несколькими адвокатами и политиками в поддержку содержащегося в СИЗО депутата гордумы и предпринимателя Олега Борисова, обвиняемого в бандитизме.  Или от лица Гуманитарно-эстетической Академии лоббируя законодательные инициативы в Губернской думе.

Что же касается громких политических комментариев, то философ в тот сложный для себя период ушел от горячей местной к общефедеральной тематике. Точно указав еще в 1998 году на возобновление чеченской войны в недалеком будущем и на те условия, при которых Борис Ельцин передаст власть своему преемнику.

Главным же для Молевича в тот период было возобновление в прежнем объеме отношений с действующим губернатором. Выстраивая которые философ не всегда был политкорректен в отношении своего визави: «Титов — не просто губернатор, а губернатор региона номер два или три. Мы боремся за первенство с Санкт-Петербургом, проигрывающим нам по большинству показателей».

Ломал самолюбие Титова Молевич и уже после прихода в премьерское кресло Владимира Путина, заявлениями, что «Константин Титов уже давно перерос масштабы губернии и реально, и в сознании очень многих. Поэтому… его претензии на участие в президентских выборах вполне рациональны и перспективны».

Возможно на подобные высказывания Молевича подвигла его первоначальная недооценка Путина, которого он считал «котом в мешке».

В начале «нулевых» Молевич периодически был еще востребован на городских выборах, но время его подходило к концу – для того, чтобы вовремя уйти из аналитиков, тоже нужно мужество.

Хотя, скорее всего, таких как Молевич не выпускают на зомби-ящик потому, что в современной России ни к чему давать слово каким-то провинциалам, имеющим опыт личной катастрофы… Проще выпустить туда безбашенных Старателевых…

4 responses to “Отставленный

  1. Неоценима роль Евгения Фомича в политическом образовании Самарских «технарей» посредством Университета общества «Знание» — а Самарский дискуссионный клуб, вообще, особая песнь…
    Интересно, кто рядом с Е.Ф.Молевичем на недавнем митинге КПРФ сфотографировался — не туристы с парохода какого-нибудь?..

    • нет это с подводной лодки пассажиры 🙂
      слева — коммунист Борис Чернышов
      справа — уклонист Владимир Нехорошев

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s