Солдат спецназа ГРУ

на этом фото Руслану 31 год, а позади целая жизнь

Эту статью о солдате написал 5 лет назад, недавно увидел ее в одном из школьных музеев Самары, тогда еще подумал  — надо выставить в ЖЖ. Что и делаю сейчас.

РОЖДЕННЫЙ В ГОД ТИГРА

У этого человека удивительное лицо и глаза. Встретив на одном из каких-то официальных мероприятий, я сразу выделил его в толпе. Волевой и умный взгляд, словно вырубленное из глыбы северного мрамора лицо, сильная энергетика, которую чувствуешь с первой минуты общения. Такое не часто встречается сегодня, когда усталость, отсутствие веры и инициативы так и сквозит на лицах прохожих.

Второй раз я встретил своего визави тоже случайно, и мы обсудили с ним, то его фото, которое появилось в одной из местных газет. Потом разговорились и Руслан (так звали моего нового знакомого) сказал, что перемены в погоде он чувствует по тем осколкам, которые засели в нем с первой чеченской компании.

Сказать, что я удивился, услышав это, ничего не сказать. Конечно, война где-то идет, уже много лет, но что такие успешные парни были на ней! Это стало для меня открытием. Электронные российские СМИ всегда старались показать, что война в Чечне – это дело контрактников, не умеющих устроиться в гражданской жизни, командировочных сотрудников МВД, и призывников, посланных туда на смерть. А тут Руслан.

Месяц уговаривал Руслана Цветкова побеседовать на диктофон и не только на тему Чечни. Интересно было, как он рожденный в СССР в 1974, сам рванул сразу после военного училища летом 1995 г. в Чечню. Ведь, что греха таить, о поколении тридцатилетних россиян сегодня усилиями тех же СМИ сложился устойчивый стереотип: бизнес любой ценой, жизнь как поток удовольствий, и полное презрение к тому, что раньше называлось долгом перед Родиной. Поколение, взросление которого пришлось на самое сложное за всю историю России время.

— Руслан, расскажите о себе…

— Самые первые яркие ощущения детства в Мурманске: снег, бухта, военные корабли, саперный полк и сопки. Тогда я очень просил у родителей бескозырку. Очень хотел получить ее в подарок и плакал.

Вообще я благодарен родителям за свое детство, отец в разное время служил на севере, в Германии, Ташкенте, Кушке и Мурманске. Я ребенком посмотрел мир и получил больше чем другие дети. Часто менял школы и в каждой новой мне приходилось самоутверждаться, зарабатывать авторитет. Уже где-то со 2 класса я чувствовал себя сыном офицера. Не мальчиком, а именно сыном офицера. Со всеми вытекающими последствиями. В детстве очень много читал: Джек Лондон, Булгаков, Дюма. Самое смешное, что еще будучи семиклассником пробовал читать «Капитал» Маркса. Прочитал, но понял только отдельные выдержки. Потом уже постарше перечитал еще, понял уже больше. Чувствую, что придется читать еще один раз (смеется).

Первый раз прокатился на танке в 1 классе, отец взял меня куда-то доехать. Потом целенаправленно стал залезать в технику, когда отец служил в Кушке. Через наш городок шли танковые колонны в Афган. Мы приносили солдатам покушать, а они пускали нас покататься. Тогда все мальчишки в гарнизоне мечтали попасть на войну в Афганистан, играли в войнушку. Хотя информация по Афгану была закрытой, но у нас она была на слуху.

В нашей семье России служат уже шесть поколений офицеров, начиная с казаков, которые охраняли императорский дворец в Петербурге. Тогда казачья терская застава располагалась на окраине Питера.

— Почему поступили в суворовское училище?

— Мечта стать десантником с детства. Самым проторенным считался путь в десантуру через суворовское училище, к тому же в 8 классе наша семья жила в Ташкенте, и у меня были проблемы с качеством получаемого образования. В Свердловске мне сначала пришлось наверстывать. Но это было легко. В училище в 1989-91 гг. был отличный кадровый состав. Философы, математики. Все педагоги. Кандидаты наук, доктора. Они вели занятия в вузах города и у нас. У многих из преподавателей мы перенимали манеру общения, разговора. Их авторитет был очень высок. Вообще же это было лучшее суворовское училище Советского Союза. Запрещено курить, ругаться. Отчисление было очень ярким – общее построение и срезание погон. Морально это действовало это сильно.

Программа обучения включала в себя и культурное образование, на выходные нас обязательно водили в театры, музеи, литературные вечера. Сначала – это было добровольно-обязательным, потом мы втягивались, знали репертуар театров. Все это нравилось и формировало вкус.

Училище – это и формирование в сугубо мужском коллективе, дисциплина, возможности для физического развития, а я еще в школе перепробовал много секций, был и в спортивной школе

В то время когда я учился в Свердловске конце 80-х, шел плотный информационный негатив против армии. Было противно слышать искаженную информацию про Жукова, Сталина. Нам плевали в спину, на улицах были драки.

На волне политических изменений псевдодемократы выражали свои эмоции рукоприкладством. А мы отстаивали свою точку зрения, хотя ломка стереотипов проходила и у нас.

В Рязанском училище вы учились в самое смутное время, как оно коснулось вас?

После суворовского в Рязань была разнарядка всего на 9 мест. Официально туда направили только золотых медалистов, а у меня было несколько лишних четверок. Мне предложили поступать в Московское общевойсковое училище, я уперся, и меня отправили внештатно, с мыслью, все равно не поступит и поедет в Москву – это близко. Первым в Рязани меня удивило отношение к суворовцам. В Свердловске мы были лучшими парнями земли, которых обхаживали, а тут все встало с ног на голову. Не успели придти в учебный центр для поступления, как нас сразу направили на экзамен по физподготовке. В результате – в Рязань с Урала приехало 10 человек, проверку прошли 7, а за время обучения были отчислены и комиссованы еще 6, в итоге из нашего суворовского в Рязанском высшем воздушно-десантном училище имени Ленинского Комсомола до выпуска дошел я один. Единственном в мире училище подобного профиля, где на спецфакультете учились ребята из стран Варшавского договора, эфиопы, никарагуанцы, корейцы. Они, как правило, были постарше нас. В училище африканцы ходили в нашей военной форме, за пределами — в гражданке.

Во время первого путча, в августе 1991 года мы как раз находились в учебном центре, и курсантский батальон выступил в Москву на путч. Под видом парашютно-десантного батальона. 

Потом он вернулся в Рязань, но деморализации у ребят не было. Наш батальон был советским: белорусы, латыши, узбеки, украинцы, молдаване, таджики, абхазы грузины, армяне. Присягу второй мы не принимали. Часть курсантов после развала Союза ушла. Но большинство осталось, только у меня во взводе было 6 молдаван, один закончил Рязань с красным дипломом. Потом на выпуск к нам приезжали министры обороны Украины, Молдовы, Казахстана, Белоруссии. Часть ребят из новых государств воевала в Чечне, кто-то погиб.

Во время путча 1993 года мы официально в нем не участвовали, а неофициально небольшие команды были в Москве, без разрешения руководства, по своим убеждениям

В октябре 1993 г. я и сам был в Москве. Первые впечатление — сначала интересно, потом страшно, потом непонятно. После августа 1991, события 1993 года казались игрушками. Правда, на нас он отразился в том, что у училища пытались изменить название – имени Ленинского Комсомола и профиль, Сделать пехотный Рязанский общевойсковой институт. Снять береты, тельняшки и одеть пилотки. В тот же день когда об это стало известно все 100% курсантов написали рапорта на отчисление. Потом игра в большую политику прекратилась. Мы закончили то училище, в какое поступили. Наша задача была получать знания, и эту задачу мы выполняли. Сдавали минимальную программу — 31 прыжок с парашютом, занимались физической, огневой, тактической подготовкой. Была и стажировка. Первая в 1992 г. под Тулой, где я два месяца формировал разведроту в Принестровье, и осенью 1994 в Ульяновске, когда формировал батальон в Чечню. Готовили ребят, обучали.

среди его друзей - Александр Фетисов

Основная задача ВДВ – это обеспечение плацдармов в тылу противника для высадки основного десанта и развития наступления основных сил фронта, армии, направления. Преподавателями были заслуженные ребята по линии Афганистана и ряда локальных войн. Опыт накапливался со времен Великой Отечественной, когда диверсионные подразделения, забрасываемые в тыл противника, занимались минированием, саботажем, информационной войной.

Когда позже формировались отряды «Вымпел», «Альфа», они создавались из ребят, прошедших ВДВ. Наши советники  участвовали в операциях в Анголе, Эфиопии, ряде других стран.

Мы достойно поддерживали это знамя. Самая удачная операция последних лет – бросок на Приштину в Косово в 1999 г. Мой комбат разработал операцию и командовал этим батальоном. А однокашник первым вступил на аэродром Приштины, и установив блокпост, остановил английскую колонну. Что было потом, когда солдатам стало нечего есть, было уже политикой. Жуков говорил, войну начинают политики, а заканчивают солдаты

— Как вы попали в Чечню?

— После окончания училища нескольких десантников поменяли. Пятеро ребят из Рязани, в числе их и я, попали в сцпецназ Главного Разведывательного Управления (ГРУ), а пятеро спецназовцев из Новосибирска пошли в ВДВ. Потом краткосрочный отпуск и пункт назначения – Ханкала. Прилетели туда, на 3 день вышли на боевое задание. Потом рутинная работа. Думали, попали на 2 месяца, а задержались на 1 год и 3 месяца.

Желание служить в Чечне было неистовым, но не верьте тому, кто говорит, что войны не стоит бояться, бояться ее все, но это твое предназначенье, к этому тебя готовили Наряду со страхом есть большой интерес, что это такое и для чего это.. Было желание служить, достигать определенных вершин. Потом когда попадаешь в эту ситуацию, начинается переосмысление. Когда российские СМИ работали на стороне «чехов».

Сейчас к определенным датам и гибели друзей в памяти возвращаются определенные моменты. Их гонишь, а они возвращаются. Самые тяжелые – первые потери, не правы те, кто говорит, что к потерям привыкают – к ним привыкнуть нельзя. Потом они затираются так, что как будто человек уехал куда-то. В Чечне мы работали согласно предназначению спецназа – группами, отрядами, брали, находили, уничтожали, разведывали, преследовали, освобождали рабов. Часть, из которых сама сдавалась «чехам» за еду. Мы их покупали, воровали, отбивали, выменивали.

Одна из успешно выполненных задач. Осенью 1995 г. – появилась оперативная информация о том, что на президента Чечни Доку Завгаева готовится покушение. Необходимо было обеспечить охрану аппарата и его лично. Меня вызвали и поставили задачу – войти в его круг, создать роту охраны объектов, личную охрану. Я зашел первым, через 3 дня завел свою группу охраны, через 2 недели свою группу огневой поддержки – прикрытие, потом аналитиков.

Опыта в этой отрасли не было никакого, но учились по ходу, работали 24 часа в сутки. Постоянное ожидание, игра в кошки – мышки, получилось так, что во время покушения 20 ноября 1995 г. рано утром мы летели кортежем, создали плотный ореол охраны машины при пересечении перекрестка, и в этот момент прозвучал взрыв. Благодаря нашему сопровождению, машины прикрыли Завгаева и приняли удар на себя. В результате президент не пострадал, водитель машины – получил тяжелое ранение, вторая машина прикрытия – двое раненых из них один тяжело и в ходе перестрелки и эвакуации Завгаева ранения получили еще несколько сотрудников охраны. Из них несколько чеченцев, родственников президента, работавших у него в охране. Чеченцы вообще разные – равнинные – европизированные, горные – фанатики. Но и там все зависит от кругозора мышления. Отношения с группой Завгаева у нас были очень близкие, образованные ребята, много в прошлом кадровых офицеров. Этот народ помнит как зло, так и добро. Отношения у нас с ними были очень хорошие Рамзан, Аслан я до сих пор вспоминаю их как однополчан. Некоторых из них уже нет в живых.

Задание, поставленное командованием, было выполнено – ни одной царапины на Завгаеве, и он по-прежнему выполнял свои обязанности. Остатки нашей группы продолжили работать по разным направлениям

Так я получил первое осколочное ранение, а родители впервые узнали, что сын в Чечне. Слухи о том, что я убит, дошли до семьи, когда я был уже в госпитале в Самаре, а отец с 81-м полком тоже в Чечне. Потом мы с отцом пытались несколько раз встретиться, но то он был на боевых, то я.

Следующий этап работы после госпиталя – старший офицер охраны командующего Северо-Кавказского военного округа. Штаб был в Ростове, но мы находились в Чечне. Здесь я тоже командовал боевым подразделением.

— Ваше отношение к миру, подписанному в Хасавьюрте в 1996 году?

— Сижу я в окружении на 4 этаже в кухоньке хрущевки в Грозном и отбиваюсь со всех сторон. Потом слушаем радио, передают в 12.00 12 августа 1996 г. подписан договор Аплодисменты и объятия. В последний день войны я потерял свыше десятка убитых людей. Этот крест висит на мне. Прекрасно понимаю – был приказ, а вот наплюй я на него, хотя бы полдня и эти люди были бы живы. 

«Чехи» предлагали нам сдаться в плен, мы же на стенках написали прощальные письма, а ночью приняли решение на выход из окруженья и вышли в час ночи. У меня в группе был один раненный. Ленька Сбитнев, благодаря ему и его группе мы и выжили. Когда он получил команду на отход, он послал всех далеко и остался с нами. Сейчас живет и работает в Самаре.

— Как сложилась жизнь после армии?

— Сначала работал в ЧОП, сейчас занимаюсь бизнесом. В очереди на квартиру — 8 лет. Награжден именным оружием, получил «Орден мужества», медаль «За заслуги перед Отчеством» 2 степени, другие медали. Вообще же награды в армию приходили с опозданием в полгода, и многие бойцы уходили с голой грудью в отличие от МВД, где эта линия была четко отлажена.

Иногда слышу, что боевиков видели в Самаре. В России и на побережье Турции «чехи» отдыхают, залечиваются. Наши ребята, прошедшие через Чечню не имеют таких возможностей.

Когда началась вторая чеченская компания, сначала у меня был порыв, но меня остановил старший товарищ, хотя сам он поехал и погиб. Потом я понял, что он был прав.

— Где душа сегодня?

— Друзья, воспоминания, спорт, семья. Общественная работа в фонде ветеранов спецподразделений «Защита – Самара». А еще я делаю зарисовки. Для себя.

3 responses to “Солдат спецназа ГРУ

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s